Бегом по городу
Наткнулся на свою же заметку о романе «Асан» Владимира Маканина, который читал уже много лет назад. И много, помню, его цитировал. А заметка была о том, что его, чтобы цитировать, надо переписать весь от начала до конца.
Тогда еще не знал, что, не меняя места жительства, перееду в прифронтовой, а затем и фронтовой город. И что цитировать буду не книги, а высказывания своих детей, укладывающих на ночь мягкие игрушки на матрас в прихожей, и ложащихся спать рядом с ними. И описывать буду не приключения вымышленных героев, а то, что происходит тут с нами.
* * *
5.18. Сирена ракетной опасности с 4.20 гудит третий раз. Хорошо, окна закрыты, дети в прихожей, слышу только я. Бахает отдаленно.
* * *
1 июня. Громыхнуло. Приходит сообщение: «Белгород! Ракетная, авиационная, бомбовая опасность!»
Бомбовая! Вот все уже прежде были, а бомбовой еще не было! Следом приходит СМС от товарища, который тоже получил такое сообщение: «Давайте еще водную, подводную, радиационную, химическую, биологическую, межгалактическую, инопланетянскую, марсианскую! Чтоб уже наверняка!»
* * *
Усадили детей обедать на кухне, сами стоим с женой, думаем: а нам-то места не хватит, придется идти в комнату. И тут сирена!
– Дети! В ванную!
Дети побросали вилки, ложки, закрылись ванной. Переглядываемся. Хм! За окном воет, гремит, сигналки сигналят, голуби разлетаются. Зато мы сидим за кухонным столом, пируем! «Доширак» с грибным вкусом и нарезанными крутыми яйцами!
* * *
А разговоры нынче у нас вот такие:
– Это не ракетная опасность, а авиационная!
– Ну, слава богу!
Или:
– Полина, ты что делаешь?
– Я в прихожей сижу.
– Иди сюда, на кроватку!
– Да нет, я тут посижу, тут безопасно!
* * *
Семь утра. К этому времени с рассвета уже дважды гудела сирена. Лезу в холодильник. Из ванной зырк жена:
– Сирена?!
– Нет, это Матвей про роботов смотрит.
Не верит. Бежит на кухню, открывает окно, высовывает ухо, прислушивается, нет сирены, закрывает. Идет обратно в ванную, кутаясь в халат:
– Господибожемой! Когдаэтозакончится? Никогдаэтонезакончится!
Хлопает дверью.
* * *
Сфоткал небо над крыльцом у работы. И загудела сирена. Стал загонять прохожих внутрь:
– Забегайте, забегайте сюда!
Одна женщина забежала, остальные невозмутимо, как бессмертные, продолжили свой утренний путь. Погремело.
«Что-то сбили» – сообщение от жены спустя пять минут.
* * *
Полина накрасилась и надела платье.
Вова сказал:
– Полина, ты леди СВО!
* * *
Временами бегаю по новому городскому пляжу. Пока бежал, посчитал, сколько там поставили бетонных укрытий. Сочинил хокку:
Четыреста метров –
Четыре укрытия.
Линия пляжа.
* * *
Я на работе, а объявили ракетную опасность. Пишу Матвею: «В ванную!»
Приходит ответ: «Мы в ване».
* * *
Стрижемся с мальчишками в «Цирюльнике». В телефонах запищало: ракетная опасность. В салоне движения – ноль. Стрижемся. Загудела сирена ракетной. Ноль движения. Стрижемся. Закричали матюкальники: «Внимание, внимание! Город Белгород! Ракетная опасность!» В салоне движения – ноль. Стрижемся. Снаружи стало бахать. Администратор:
– У нас окна заклеены бронепленкой, но, кому страшно, можете пройти вглубь помещения.
Ноль движения в салоне. Стрижемся.
* * *
В июле удалось побывать в отпуске. В Анапу ездили. Оказалось, что там пролеты вертолетов-«аллигаторов» – не редкость. Ежедневно за два-три часа на пляже пролетают по одному, по два, видимо, в сторону аэродрома. Когда в первый день они появились над нашими головами, первая мысль была – сейчас откроют огонь из пулемета по отдыхающим, и куда можно бежать, прятаться? Но когда увидели, что другие люди им приветственно машут, мысли стали возвращаться на место.
И уже думаешь: это я не в порядке или это мир не в порядке? Нормально, находясь в отпуске, допускать, что тебя могут застрелить из вертолетного пулемета?
* * *
Как завопило в четыре утра! Проснулся. Услышал легкий топот в коридоре. Тоже встал, пошел в ванную. Подумал, что нехорошо это: дети там, а я валяюсь. В ванной сонный Матвей сидит на крышке унитаза, сонный Вовочка сидит на краю ванны. Трут рожицы. Хорошо, свет не включили. Потрепал одного по волосам, другого. А эта орет, как резаная, с каждым наплывом всё громче, и неймется же ей, воет и воет.
Перестала. Идем спать, говорю. И все мы утопали. А на пять у меня был будильник, чтобы проснуться и побегать. Отключил будильник. Подумал: усну так усну, хрен с ним, с бегом, а не усну так побегу.
А в 4.30, уже после отбоя РОшки, где-то совсем близко бомбануло так, что все сигналки у машин во дворе повыпрыгивали. Побежал к мальчишкам. Лежат, из-под одеял глазами хлопают: а чё, а чё? Ничего, спите. Укрыл, ушел. А в новостях ничего про этот бах. Говорят, работа ПВО, или самолет преодолел звуковой барьер, или еще что. В общем, ничего в новостях, ни слова. Не уснул, короче. И не побежал бегать.
* * *
30 августа. Вечер. Гудит сирена. Стоим с Вовой в прихожей, смотрим на часы, ждем, когда на них будет 22:22:22.
1 сентября. 6.20. Ракетная. Гудит и бахает. Сыплются кассеты. Матвей сидит на унитазе:
– Лукашенко, жми! Жми красную кнопку!
2 сентября. 5.50 – первая ракетка. Обезьяны в ванной, Лена со спящей капибарой Полиной на руках в прихожей. Разбомбили детский сад.
* * *
Не было бы счастья, да несчастье помогло!
Мальчишек взяли в лицей, который находится в двухстах метрах от нашего подъезда! Моя бывшая девятая школа, в которой должен учиться каждый ребенок нашего двора, сегодня – элитный лицей. И учиться там стало доступно далеко не всем. Четыре года назад, когда мы пришли туда с Вовусом записаться в первый класс, я услышал буквально следующее: «К нам идут высокомотивированные дети, строго нацеленные на успех». И сразу всё стало понятно. Это не про нас, мы для этого места недостаточно мотивированы, и придется искать школу, путь до которой составляет несколько кварталов. А теперь еще – и несколько укрытий.
Но у людей, дети которых мотивированы достаточно, видимо, мотивации оставаться в городе в связи с войной оказалось маловато, и многие уехали из Белгорода. В элитном лицее освободились места! Настолько, что и Вову, и Матвея сразу. А секретарь лицея даже спрашивала: «А вы не знаете, больше никто к нам не желает?»
Я сижу, заполняю документы на поступление в лицей, а за мной уже собралась небольшая очередь из родителей, которые пришли подавать заявления на отчисление в связи с переездом.
* * *
Бахнуло. Загудела. Проснулись. 5.10. В ванной сидит Матвей. Привет, Матвей. Сел перед ним на корточки, он улегся на меня. Так просидели до пылесоса и разбрелись.
Пылесос – это заключительный фрагмент цикла ракетки, когда один матюкальник уже отматюкался, а другой еще нет, и поэтому гудит, как пылесос.
Как только лег на свое еще не остывшее место, попал туда же, где был прерван мой сон. Но удалось увидеть лишь последние его образы.
Снова загудела, один раз бахнуло в 5.25. В прихожей встретил Вову. Привет, Вова! Не желаешь пройти в ванную? Нет, не желает, ему и там нормально. Матвей снова провисел на мне до пылесоса.
* * *
16 сентября я впервые бегал под аккомпанемент не только сирены ракетной опасности, но и работы ПВО. Гремело прямо над головой, прямо над Везёлкой и парком Победы. В небе были видны их стремительные золотые кометы, несущиеся навстречу вражеским снарядам. Долго гремело голубое небо, оставляя на себе пушистые белые заплатки. Я все же забежал в укрытие, но зайти в него не смог: там была девушка с такой собачкой, которых почти не видно, но слышно на всю округу. Она не умолкала и рвалась у девушки из рук. Истеричка какая-то.
* * *
Последние два года в Белгороде не работает GPS. Для меня как бегуна-любителя с приличным стажем это большое огорчение: спортивные часы и всяческие приложения в телефонах при отсутствии GPS бесполезны для фиксации преодоленного расстояния и всех параметров, связанных с этим.
Для того чтобы отмерить километры, приходится пользоваться картами в интернете, и, как правило, эти карты – Яндекс. Но вот незадача! Российская Яндекс-карта до сих пор не знает, что в центре Белгорода продлили набережную от парка Победы до нового пляжа «Берега» с разными развлекательными и спортивными объектами. И на месте ныне существующей продленной набережной вместе с «Берегами» Яндекс демонстрирует лишь кучерявые зеленые заросли. Потому что фотосъемка спутниками Яндекса для этой карты делалась аж в 2018 году, когда новой набережной и не пахло. Измерить расстояние и теперь, конечно, можно: плюс-минус 10 метров влево-вправо погоды не делают. Но не об этом я хочу сказать, а вот о чем.
Дай-ка я, думаю, посмотрю карту Google с этой же местностью. Что она мне покажет? Открываю американскую карту – а тут и новая набережная в центре Белгорода, и «Берега» со всеми объектами, и новый парк аттракционов «Калейдоскоп». Я даже не видел ни разу, чтобы он открыт был, а на американской карте видно, как колесо обозрения крутится, и карусели, и клоун раздает детям разноцветную сладкую вату. Я будто даже запах ее клубничный отсюда чувствую!
Но если вернуться к нашей невеселой реальности и вспомнить первый разрушительный удар кассетным боеприпасом, упавшим и взорвавшимся в центре жилого квартала на улице Попова ночью 3 июля 2022 года, то тот же Google на своей карте покажет черный прямоугольник на месте, где прежде стояли жилые дома. А на наших картах эти дома стоят целехоньки. А всё потому, что вражеские спутники Гугол снимали центр Белгорода из космоса в текущем, 2024 году, и всё-то им про нас известно!
Хорошо бы иметь машину времени, чтобы спуститься с нынешней высоты, откуда смотрим мы на эти мирные крыши, туда, в мирный летний день, в еще беспечный летний город... Но надолго ли? Зная о том, что будет через четыре года, как мы могли избежать этого?
* * *
Сегодня, 25 сентября, Вова прошел боевое крещение укрытием. Первый раз был там один, пережидая ракетную. Звонит, что вышел на тренировку, выходит со двора на бульвар. Договорились, что я его не провожаю, он топает до стадиона сам. И только перестали говорить, – завыла!
Скорее звоню. Отвечает. Слышны посторонние голоса – люди забились в укрытие. Вова сразу перебивает меня:
– Я в укрытии, всё нормально!
– Ну, стой.
Как только стихло, звоню, говорю, что встречу его и провожу. Выхожу. Бежит навстречу, капюшон напялил зачем-то, видимо, для пущей безопасности. Встречаю, идем. Спрашиваю:
– Испугался?
– Н-е-е-е! – как будто речь, допустим, о какой-нибудь мелкой гавкающей соседской собачке.
– Народу в укрытии было много?
– Я бы сказал средневато, – отвечает отстраненно, своим любимым словом, деловой. – Когда я зашел, оно было забито примерно наполовину.
* * *
Наткнулся на интересный пост десятилетней давности. Когда войны еще не было, но точка невозврата уже была пройдена. Срез истории. Запись от 09.10.2014.
«Случайность или неспроста, но едва ли не каждый день во дворе появляется новая машина с украинскими номерами. А сегодня утром – целых две. Белый минивэн «Вольксваген» и черный джип «Сузуки». Получается, что не только бегут ИЗ России, но и едут украинцы В нее по своим делам или по необходимости какой, как и раньше, а то и больше.
Не знаю, много ли россиян, моих земляков, друзей, как и «ПРЕЖДЕ» с той же беспечностью и уверенностью в собственной безопасности сейчас соберутся на Украину? Погулять на выходных в тот же Харьков, за шмотьем на «Барабашку», на лыжи в Закарпатье. Повезет ли кто детей на Азовское море в Бердянск или кататься на теплоходе по Днепру?
Мне повезло побывать в Киеве в 2011 году как раз на июньские праздники, в День независимости России. Всё было тогда по-другому, светло и приподнято. Нас даже гаишники отпустили, когда мы на красный свет пересекли двойную сплошную, превысив скорость. Мы просто сказали, что приехали из Белгорода и заблудились, и больше так не будем.
А что было бы сегодня в той же ситуации?
...впрочем, лично я пока пас, воздержусь...
А к нам, как всегда: Добро пожаловать! Ласкаво просимо! Welcome!»
* * *
Ракетка, дети в прихожей. Сильно громыхнуло. Полина:
– Жесть. Даже я чуть-чуть испугалась.
* * *
У Матвея шишка.
– Откуда у тебя шишка?
– Не знаю.
Вова кричит из комнаты:
– Мы в битву за Херсон играли!
Матвей:
– Вот мне коробкой и прилетело.
* * *
Отвыла ракетная. Полина выходит из ванной:
– Спасибо, урок окончен!
Этот урок был окончен 11 декабря минувшего года. И вот такое наблюдение, которое может показаться странным: с тех пор у меня не было заметок о ракетных опасностях в Белгороде, а также авиационных, бомбовых, опасностях БПЛА. Да, они до сих пор случаются каждый день, каждый день звучит сирена, приходят СМС-оповещения, и моя семья, мои дети как-то на это реагируют. Да только надоело. Хочется, чтобы эта часть записок из прифронтового города стала последней. Чтобы писать совсем другие истории.
Лето 2024 – февраль 2025, г. Белгород
Наткнулся на свою же заметку о романе «Асан» Владимира Маканина, который читал уже много лет назад. И много, помню, его цитировал. А заметка была о том, что его, чтобы цитировать, надо переписать весь от начала до конца.
Тогда еще не знал, что, не меняя места жительства, перееду в прифронтовой, а затем и фронтовой город. И что цитировать буду не книги, а высказывания своих детей, укладывающих на ночь мягкие игрушки на матрас в прихожей, и ложащихся спать рядом с ними. И описывать буду не приключения вымышленных героев, а то, что происходит тут с нами.
* * *
5.18. Сирена ракетной опасности с 4.20 гудит третий раз. Хорошо, окна закрыты, дети в прихожей, слышу только я. Бахает отдаленно.
* * *
1 июня. Громыхнуло. Приходит сообщение: «Белгород! Ракетная, авиационная, бомбовая опасность!»
Бомбовая! Вот все уже прежде были, а бомбовой еще не было! Следом приходит СМС от товарища, который тоже получил такое сообщение: «Давайте еще водную, подводную, радиационную, химическую, биологическую, межгалактическую, инопланетянскую, марсианскую! Чтоб уже наверняка!»
* * *
Усадили детей обедать на кухне, сами стоим с женой, думаем: а нам-то места не хватит, придется идти в комнату. И тут сирена!
– Дети! В ванную!
Дети побросали вилки, ложки, закрылись ванной. Переглядываемся. Хм! За окном воет, гремит, сигналки сигналят, голуби разлетаются. Зато мы сидим за кухонным столом, пируем! «Доширак» с грибным вкусом и нарезанными крутыми яйцами!
* * *
А разговоры нынче у нас вот такие:
– Это не ракетная опасность, а авиационная!
– Ну, слава богу!
Или:
– Полина, ты что делаешь?
– Я в прихожей сижу.
– Иди сюда, на кроватку!
– Да нет, я тут посижу, тут безопасно!
* * *
Семь утра. К этому времени с рассвета уже дважды гудела сирена. Лезу в холодильник. Из ванной зырк жена:
– Сирена?!
– Нет, это Матвей про роботов смотрит.
Не верит. Бежит на кухню, открывает окно, высовывает ухо, прислушивается, нет сирены, закрывает. Идет обратно в ванную, кутаясь в халат:
– Господибожемой! Когдаэтозакончится? Никогдаэтонезакончится!
Хлопает дверью.
* * *
Сфоткал небо над крыльцом у работы. И загудела сирена. Стал загонять прохожих внутрь:
– Забегайте, забегайте сюда!
Одна женщина забежала, остальные невозмутимо, как бессмертные, продолжили свой утренний путь. Погремело.
«Что-то сбили» – сообщение от жены спустя пять минут.
* * *
Полина накрасилась и надела платье.
Вова сказал:
– Полина, ты леди СВО!
* * *
Временами бегаю по новому городскому пляжу. Пока бежал, посчитал, сколько там поставили бетонных укрытий. Сочинил хокку:
Четыреста метров –
Четыре укрытия.
Линия пляжа.
* * *
Я на работе, а объявили ракетную опасность. Пишу Матвею: «В ванную!»
Приходит ответ: «Мы в ване».
* * *
Стрижемся с мальчишками в «Цирюльнике». В телефонах запищало: ракетная опасность. В салоне движения – ноль. Стрижемся. Загудела сирена ракетной. Ноль движения. Стрижемся. Закричали матюкальники: «Внимание, внимание! Город Белгород! Ракетная опасность!» В салоне движения – ноль. Стрижемся. Снаружи стало бахать. Администратор:
– У нас окна заклеены бронепленкой, но, кому страшно, можете пройти вглубь помещения.
Ноль движения в салоне. Стрижемся.
* * *
В июле удалось побывать в отпуске. В Анапу ездили. Оказалось, что там пролеты вертолетов-«аллигаторов» – не редкость. Ежедневно за два-три часа на пляже пролетают по одному, по два, видимо, в сторону аэродрома. Когда в первый день они появились над нашими головами, первая мысль была – сейчас откроют огонь из пулемета по отдыхающим, и куда можно бежать, прятаться? Но когда увидели, что другие люди им приветственно машут, мысли стали возвращаться на место.
И уже думаешь: это я не в порядке или это мир не в порядке? Нормально, находясь в отпуске, допускать, что тебя могут застрелить из вертолетного пулемета?
* * *
Как завопило в четыре утра! Проснулся. Услышал легкий топот в коридоре. Тоже встал, пошел в ванную. Подумал, что нехорошо это: дети там, а я валяюсь. В ванной сонный Матвей сидит на крышке унитаза, сонный Вовочка сидит на краю ванны. Трут рожицы. Хорошо, свет не включили. Потрепал одного по волосам, другого. А эта орет, как резаная, с каждым наплывом всё громче, и неймется же ей, воет и воет.
Перестала. Идем спать, говорю. И все мы утопали. А на пять у меня был будильник, чтобы проснуться и побегать. Отключил будильник. Подумал: усну так усну, хрен с ним, с бегом, а не усну так побегу.
А в 4.30, уже после отбоя РОшки, где-то совсем близко бомбануло так, что все сигналки у машин во дворе повыпрыгивали. Побежал к мальчишкам. Лежат, из-под одеял глазами хлопают: а чё, а чё? Ничего, спите. Укрыл, ушел. А в новостях ничего про этот бах. Говорят, работа ПВО, или самолет преодолел звуковой барьер, или еще что. В общем, ничего в новостях, ни слова. Не уснул, короче. И не побежал бегать.
* * *
30 августа. Вечер. Гудит сирена. Стоим с Вовой в прихожей, смотрим на часы, ждем, когда на них будет 22:22:22.
1 сентября. 6.20. Ракетная. Гудит и бахает. Сыплются кассеты. Матвей сидит на унитазе:
– Лукашенко, жми! Жми красную кнопку!
2 сентября. 5.50 – первая ракетка. Обезьяны в ванной, Лена со спящей капибарой Полиной на руках в прихожей. Разбомбили детский сад.
* * *
Не было бы счастья, да несчастье помогло!
Мальчишек взяли в лицей, который находится в двухстах метрах от нашего подъезда! Моя бывшая девятая школа, в которой должен учиться каждый ребенок нашего двора, сегодня – элитный лицей. И учиться там стало доступно далеко не всем. Четыре года назад, когда мы пришли туда с Вовусом записаться в первый класс, я услышал буквально следующее: «К нам идут высокомотивированные дети, строго нацеленные на успех». И сразу всё стало понятно. Это не про нас, мы для этого места недостаточно мотивированы, и придется искать школу, путь до которой составляет несколько кварталов. А теперь еще – и несколько укрытий.
Но у людей, дети которых мотивированы достаточно, видимо, мотивации оставаться в городе в связи с войной оказалось маловато, и многие уехали из Белгорода. В элитном лицее освободились места! Настолько, что и Вову, и Матвея сразу. А секретарь лицея даже спрашивала: «А вы не знаете, больше никто к нам не желает?»
Я сижу, заполняю документы на поступление в лицей, а за мной уже собралась небольшая очередь из родителей, которые пришли подавать заявления на отчисление в связи с переездом.
* * *
Бахнуло. Загудела. Проснулись. 5.10. В ванной сидит Матвей. Привет, Матвей. Сел перед ним на корточки, он улегся на меня. Так просидели до пылесоса и разбрелись.
Пылесос – это заключительный фрагмент цикла ракетки, когда один матюкальник уже отматюкался, а другой еще нет, и поэтому гудит, как пылесос.
Как только лег на свое еще не остывшее место, попал туда же, где был прерван мой сон. Но удалось увидеть лишь последние его образы.
Снова загудела, один раз бахнуло в 5.25. В прихожей встретил Вову. Привет, Вова! Не желаешь пройти в ванную? Нет, не желает, ему и там нормально. Матвей снова провисел на мне до пылесоса.
* * *
16 сентября я впервые бегал под аккомпанемент не только сирены ракетной опасности, но и работы ПВО. Гремело прямо над головой, прямо над Везёлкой и парком Победы. В небе были видны их стремительные золотые кометы, несущиеся навстречу вражеским снарядам. Долго гремело голубое небо, оставляя на себе пушистые белые заплатки. Я все же забежал в укрытие, но зайти в него не смог: там была девушка с такой собачкой, которых почти не видно, но слышно на всю округу. Она не умолкала и рвалась у девушки из рук. Истеричка какая-то.
* * *
Последние два года в Белгороде не работает GPS. Для меня как бегуна-любителя с приличным стажем это большое огорчение: спортивные часы и всяческие приложения в телефонах при отсутствии GPS бесполезны для фиксации преодоленного расстояния и всех параметров, связанных с этим.
Для того чтобы отмерить километры, приходится пользоваться картами в интернете, и, как правило, эти карты – Яндекс. Но вот незадача! Российская Яндекс-карта до сих пор не знает, что в центре Белгорода продлили набережную от парка Победы до нового пляжа «Берега» с разными развлекательными и спортивными объектами. И на месте ныне существующей продленной набережной вместе с «Берегами» Яндекс демонстрирует лишь кучерявые зеленые заросли. Потому что фотосъемка спутниками Яндекса для этой карты делалась аж в 2018 году, когда новой набережной и не пахло. Измерить расстояние и теперь, конечно, можно: плюс-минус 10 метров влево-вправо погоды не делают. Но не об этом я хочу сказать, а вот о чем.
Дай-ка я, думаю, посмотрю карту Google с этой же местностью. Что она мне покажет? Открываю американскую карту – а тут и новая набережная в центре Белгорода, и «Берега» со всеми объектами, и новый парк аттракционов «Калейдоскоп». Я даже не видел ни разу, чтобы он открыт был, а на американской карте видно, как колесо обозрения крутится, и карусели, и клоун раздает детям разноцветную сладкую вату. Я будто даже запах ее клубничный отсюда чувствую!
Но если вернуться к нашей невеселой реальности и вспомнить первый разрушительный удар кассетным боеприпасом, упавшим и взорвавшимся в центре жилого квартала на улице Попова ночью 3 июля 2022 года, то тот же Google на своей карте покажет черный прямоугольник на месте, где прежде стояли жилые дома. А на наших картах эти дома стоят целехоньки. А всё потому, что вражеские спутники Гугол снимали центр Белгорода из космоса в текущем, 2024 году, и всё-то им про нас известно!
Хорошо бы иметь машину времени, чтобы спуститься с нынешней высоты, откуда смотрим мы на эти мирные крыши, туда, в мирный летний день, в еще беспечный летний город... Но надолго ли? Зная о том, что будет через четыре года, как мы могли избежать этого?
* * *
Сегодня, 25 сентября, Вова прошел боевое крещение укрытием. Первый раз был там один, пережидая ракетную. Звонит, что вышел на тренировку, выходит со двора на бульвар. Договорились, что я его не провожаю, он топает до стадиона сам. И только перестали говорить, – завыла!
Скорее звоню. Отвечает. Слышны посторонние голоса – люди забились в укрытие. Вова сразу перебивает меня:
– Я в укрытии, всё нормально!
– Ну, стой.
Как только стихло, звоню, говорю, что встречу его и провожу. Выхожу. Бежит навстречу, капюшон напялил зачем-то, видимо, для пущей безопасности. Встречаю, идем. Спрашиваю:
– Испугался?
– Н-е-е-е! – как будто речь, допустим, о какой-нибудь мелкой гавкающей соседской собачке.
– Народу в укрытии было много?
– Я бы сказал средневато, – отвечает отстраненно, своим любимым словом, деловой. – Когда я зашел, оно было забито примерно наполовину.
* * *
Наткнулся на интересный пост десятилетней давности. Когда войны еще не было, но точка невозврата уже была пройдена. Срез истории. Запись от 09.10.2014.
«Случайность или неспроста, но едва ли не каждый день во дворе появляется новая машина с украинскими номерами. А сегодня утром – целых две. Белый минивэн «Вольксваген» и черный джип «Сузуки». Получается, что не только бегут ИЗ России, но и едут украинцы В нее по своим делам или по необходимости какой, как и раньше, а то и больше.
Не знаю, много ли россиян, моих земляков, друзей, как и «ПРЕЖДЕ» с той же беспечностью и уверенностью в собственной безопасности сейчас соберутся на Украину? Погулять на выходных в тот же Харьков, за шмотьем на «Барабашку», на лыжи в Закарпатье. Повезет ли кто детей на Азовское море в Бердянск или кататься на теплоходе по Днепру?
Мне повезло побывать в Киеве в 2011 году как раз на июньские праздники, в День независимости России. Всё было тогда по-другому, светло и приподнято. Нас даже гаишники отпустили, когда мы на красный свет пересекли двойную сплошную, превысив скорость. Мы просто сказали, что приехали из Белгорода и заблудились, и больше так не будем.
А что было бы сегодня в той же ситуации?
...впрочем, лично я пока пас, воздержусь...
А к нам, как всегда: Добро пожаловать! Ласкаво просимо! Welcome!»
* * *
Ракетка, дети в прихожей. Сильно громыхнуло. Полина:
– Жесть. Даже я чуть-чуть испугалась.
* * *
У Матвея шишка.
– Откуда у тебя шишка?
– Не знаю.
Вова кричит из комнаты:
– Мы в битву за Херсон играли!
Матвей:
– Вот мне коробкой и прилетело.
* * *
Отвыла ракетная. Полина выходит из ванной:
– Спасибо, урок окончен!
Этот урок был окончен 11 декабря минувшего года. И вот такое наблюдение, которое может показаться странным: с тех пор у меня не было заметок о ракетных опасностях в Белгороде, а также авиационных, бомбовых, опасностях БПЛА. Да, они до сих пор случаются каждый день, каждый день звучит сирена, приходят СМС-оповещения, и моя семья, мои дети как-то на это реагируют. Да только надоело. Хочется, чтобы эта часть записок из прифронтового города стала последней. Чтобы писать совсем другие истории.
Лето 2024 – февраль 2025, г. Белгород
Назад |