XII Всероссийский литературный фестиваль имени А. Бельмасова. Анна Зорина, Кристина Колобаева, Александр Командин, Елена Гончарова, Александр Хорунжий, Екатерина Крутихина
Анна ЗОРИНА
*** Время точит клыки. Перестань, бормочу, ну зачем? Стоматологи здесь меркантильны, а зубы конечны, Терпким ядом твоим мы уже ничего не излечим. Не поверит, конечно. И крыть в этом споре мне нечем. Время, кольца сжимая, уснёт у меня на плече.
*** Во дворе, где город тише, Старый дом надсадно дышит, Приближая вековой рубеж. Заново оштукатурен: Дряхлый ящер в новой шкуре, Сверху пудрой розовый и беж,
Сам покряхтывал от смеха. Голубей пригрел под стрехой – Коль решил, не сетуй, что не дюж. Вон напротив солнцу рады Катарактные веранды Выводка барачных сирых душ.
Тяжко быть больным и старым: Стороной прошли пожары, Там квартал готовится под снос. Новострои напирают, Ни конца им нет, ни края. Сколько проскрипим ещё – вопрос.
Полоса пошла слепая: Прежний город отступает, Мрак сорока носит на хвосте. А попробуй оступиться, Вмиг размечешь черепицу По обломкам не несущих стен.
Чутко дремлется, не спится, Смерть клекочет хищной птицей, Выхватит когтями, как птенца. Рассыхаясь постепенно, Дом, как спину, держит стены Столько, сколько сможет, до конца.
*** Невольно сохраняя плавность жестов, Скользят по талой кромке и воде Похожие всё больше на людей Прохожие. Бликует свет на жести
Покатых крыш смурных многоэтажек, И вытирают насухо ветра Сырой проспект. Чья участь нехитра, Сугробы во дворах стоят на страже
Насупленной зимы, но время плачет Оплавленной клепсидрой ледяной. Сдавать посты в апреле суждено Цветению. Не может быть иначе,
Когда в объятьях долгого тепла Река тугие струи расплела.
*** Сесть в поезд. Ожидаемо не спать. Наушниками выставить границы. Во встречных взглядах в ночь преобразиться Мешает бытовая слепота.
Устало лечь на полку, как рюкзак, Без лишних целей, только бы доехать. Сползая в дрëму, выпасть из прорехи Реальности. В попытке доказать
Себе неважность адреса гнезда, Глушить подушкой постороннесть звука, Сквозь дождь в окно глядеться близоруко. Как жаль, что не летают поезда.
*** Проникнуть в зиму, словно в снегопад. Суровой нитью тянется тропа, Но свежим зарастает не спеша. Войти глотком тепла, дышать сквозь шарф, В изнанке дней безмолвно утопать.
У шубы ночи обтрепался край, Летит к земле из тёмного нутра Всё, что в него набилось по зиме: То звёздный пух, то мягкий ветхий мех. Не застывать – остыну до утра.
И наступает снег, за рядом ряд. Под недреманным взором фонаря.
*** В феврале до утра Полируют дорогу позёмкой ветра. Обойдётся без травм, Если дворник возьмется за дело.
За окошком темно, И глаза от звонка открываются, но, Как ни тру, всё равно Между нами пробелы.
г. Новосибирск
Кристина КОЛОБАЕВА
*** Отрицание: снег не выпал, Не дошёл, не сверкнул, не простился. Безразличие тоже выбор – Одиночество тоже сила.
Залезает февраль под рёбра, Завывает тоскливо ветер – Я давно перешла на шёпот, Но, увы, никто не заметил.
Потепление. Слякоть. Лужи. Некрасивое в неглубоком: Город пасмурный, равнодушный. Грязь потащится до порога И останется, шут бы с нею. Я хотела сказать о многом...
*** Мы кого-то прощаем, а с кем-то решаем проститься; В мои окна к беде постучались бескрылые птицы. Я впустила бедняжек и крылья им нарисовала, Разноцветные перья прекраснее оригинала. Угостила пшеном, обогрела, и птицы остались. Я читала им сказки – к финалу они засыпали, Мы смотрели кино, обсуждали сюжеты, актёров: Доходило порою до самых отчаянных споров. Улыбаться учила, чирикать народные песни. Вечерами играли в настолки с котятами вместе. Я любила пернатых, детьми называла своими, Подыскала для каждой прекрасное звёздное имя. Годы шли, с ними крылья бумажные сильно окрепли. Постепенно вросли – перестала использовать степлер. Птицы стали молчать и с тоскою смотрели на окна: «Отпусти полетать, а иначе в неволе умолкнем». Мои дети щебечут другим – их горжусь голосами. Бог для счастья прислал – для такого, что не за горами.
г. Рязань
Александр КОМАНДИН
*** Чем ближе утро, тем светлее свет... ...и всё, что было, – было, да и нет. За стёклами дожди спешат большие,
На кухне кран отчаянно фальшивит, Я чаем огнедышащим согрет. Растут слова – эпиграфы к молчанью,
И строчка обрывается случайно: Чем ближе утро, тем светлее свет...
*** Останови последнее такси И по слогам почти произнеси Практически отсутствующий адрес.
Смотри: дрожит-пульсирует маршрут, Течёт-слезится, фонари плывут... (...где остановка, ведь она... была здесь?)
Мотай пустой упрямой головой, Тяжёлой, точно шарик неземной, Катай на языке простое слово. Доехал. Расплатился и пошёл Желательно вперёд – и хорошо. Повсюду ночь, и ничего другого.
*** Синяя музыка. Чёрное море. Белый до исчезновения свет. Чайник, кипящий в бурлящем миноре, Живописующий кухню поэт, – Всё это было наверное мило, Страшно до ужаса наверняка.
Память моя, хорошо, что забыла... Свет электрический, боль сквозняка.
*** я жил до стольких лет что не могу сказать забытый вкус медовой акварели немного вспоминается опять как зубы были как они болели как мягко спать без снов сквозь темноту в неумолимо собственной кроватке и чувствовать почти невмоготу вкус акварельно-жёлтый сладкий сладкий
г. Кемерово
Елена ГОНЧАРОВА
В БЕЗГРАНИЧНОСТИ ВСЕЛЕННЫХ...
Отработанная мысль Прячет смысл по углам. Разум ищет этот смысл, Но находит только хлам. Стилус старенькой пластинки Крутит рифмы в голове...
Прежде яркие картинки Мне давно уж не внове, И заезженная нота Больше душу не томит. Завести с пол-оборота, Сделать фразами кульбит...
Недописанная строчка Исчезает в тишине. Наша боль средь многих прочих Устремляется вовне. Недописанная строчка Исчезает в тишине...
В безграничности Вселенных Нелегко найти ответ. Ядом плещет в синих венах: «Смысла не было и нет». В безграничности Вселенных... Смысла не было. И нет.
ВРЕМЯ В ЯНТАРНОЙ КАПЛЕ
Ветер кружит насекомых, Гонит вихри, бьёт в стекло... Устьем улиц незнакомых Время быстро утекло.
Вечность равнодушна вечно. Взмахи крыл. Эффект... Удар. Бьют часы, и, искалечен, На песке лежит Икар.
От пэана до намаза – Миг. И мифом станет быль. Сплавит жар сетчатку глаза, На хитин осядет пыль.
Лишь моргни – промчатся годы. На богатом Алтаре Бражник жадно ищет воду, Застывая в янтаре.
БАЛАНС БЕЛОГО
Я для тебя рифмовала стихи, Строчный контраст в темноте шлифовала: Чёрный и белый, мазки и штрихи Резкости черт и изгибы овала.
Я для тебя рифмовала стихи, Грифелем профиль в строфе рисовала. Время жестоко, а годы лихи... Стержень графита – окрасился алым.
г. Новокузнецк
Александр ХОРУНЖИЙ
МИКРОБ
Пришла пора постирать рубашку. Закинул её в стиральную машину, добавил порошка, отбеливателя, выбрал режим, запустил стирку. Привлекла внимание надпись на отбеливателе: «Убивает 99% всех известных микробов». Подумалось: «А ведь они там живут, микробы эти. Из пыли строят города, пасут бактерий». Барабан зашумел, начиная стирку. А там, на рубашке, пару минут назад спокойно жил микроб. Ему во сне явился глас и предрёк огромные бедствия, потоп и т.д. Сказал построить ковчег. Микроб послушался. Начал строить. Его стали считать безумцем. Но он построил ковчег, собрал на нём семью, бактерий попарно. Закрылся. И начался потоп. Мыльная от порошка вода смыла все города микробов, всю их инфраструктуру, всю культуру, всю их многодневную цивилизацию. Вода стала чёрной от миллионов трупов микробов. Сорок минут длился потоп. Я достал рубашку, повесил сушиться. С неё капала вода. Микроб вышел из ковчега, вывел семью и стал заселять рубашку. Я посмотрел на него и подумал: «Как хорошо, что у Бога закончился порошок или отбеливатель».
г. Кемерово
Екатерина КРУТИХИНА
ПО ГОЛОВАМ
Люди ходят по головам, Вытирая о плечи ноги, Новой «правдою» в старый храм Выстилают себе дорогу. То, наверное, их права. Быть к себе подобает строгим. Слишком много кричат слова. Что-то делается в итоге? Им-то что? Не расти трава, Будет надо, так мир весь выжгут. Люди ходят по головам, А должны – по земле и тише!
БОЛЬШОЙ ТЕГИНЬ, СТАНИЦА СПОКОЙНАЯ
Голубая мечта. Страсть плодовыми сливами пахнет! Что ты трудишься, Солнце? Пожалуйста, просим, остынь. Мы спускаемся вниз, и распахнуты наши рубахи: Пред глазами встает гордый, грозный, любимый Тегинь. Это бес – не река. Зазевайся в нем только попробуй, И придётся учить географию (зря не учил). Мы всё ближе к воде, стали скользкими узкие тропы. Он сегодня коварно о чём-то с камнями молчит. Обещают дожди. На реке стоит быть осторожным. Каждый год переносят соседи опоры моста. Только буйной воды я не видела сердцу дороже, Вопреки всему тянется глупое сердце туда.