ТАШЛЫКОВА Надежда Александровна родилась в Лесозаводске 26 ноября 1979 года. С 2002 года, после окончания Дальневосточного госуниверситета путей сообщения в Хабаровске, работает инженером в компании ОАО «РЖД». Принимала участие в Межрегиональных мастерских для писателей ДФО в секции «детская литература» во Владивостоке и Хабаровске (2023, 2024). В 2025 году принимала участие в Школе литературного мастерства им. Е. С. Буравлёва в Кемерове в секции «Организаторы литературного процесса». Автор 7 книг.
Книга «Земля леопардов» – финалист Общероссийской литературной премии «Дальний Восток» им. В. К. Арсеньева (2025).
Член Союза писателей России. Живет в Хабаровске.
Надежда ТАШЛЫКОВА
КЛАД МИЛЛИОНКИ
Берег был усыпан мусором, осколками ракушек, бурыми и зелеными лентами водорослей, брюхом кверху белели неподвижные тельца крабов. Артем ходил у кромки воды, ворошил морские сокровища палкой, отбрасывал от воды пластиковые бутылки и другой мусор. Грустно вскрикивая, над морем летали чайки.
Одноклассники и друзья разъехались, а Артем и Марк проводили летние каникулы в городе. Спортивная набережная была любимым местом для ежедневных прогулок. И пока утренняя дымка не пропускала яркие солнечные лучи, развалившись на скамье амфитеатра, они играли в игры на телефоне. Ближе к обеду, щурясь от яркого солнца, шли домой.
Марк выключил телефон, потянулся, поднялся с деревянного сиденья, пригладил взлохмаченные ветром русые волосы и спустился к морю.
– Батарея села?
– Да. Девять процентов осталось.
– Домой?
– А куда еще?! – Марк с разбега поддел ногой пластиковую бутылку и запустил ее в море.
От нее по воде, переливаясь на солнце, расплылись радужные круги. Артем нахмурился, но промолчал.
По новой лестнице поднялись на площадь. Выстреливая вверх струи воды и разбрасывая вокруг прохладные брызги, работал фонтан. Пиная друг другу небольшой камень, добежали до пересечения улиц Пограничная и Адмирала Фокина и остановились на светофоре.
Мимо них, сверкая красными боками, проехал туристический автобус. С недавних пор, возвращаясь в привычное туристическое русло, портовый город вновь наполнился чужой речью, – Владивосток с удовольствием принимал иностранных гостей.
Отъехав недалеко от пешеходного перехода, включив аварийные огни, автобус остановился. Громко вздохнув, открылась дверь, и на тротуар, улыбаясь, разговаривая, радостно вскрикивая, один за другим стали выходить китайские туристы. Раскрыв над головой белый кружевной зонт, покрикивая и размахивая руками, ими командовала китаянка-гид.
Артем отвернулся – что он, туристов никогда не видел?
Последним из автобуса вышел старик в белой рубашке с длинными рукавами, небрежно заправленной в серые просторные брюки. Лицо его было морщинистым, большие коричневые пятна неровными кляксами растеклись по бритой голове, затекали за воротник рубашки и наплывали на кончики ушей. На бороде торчал пучок седых волос.
Подняв над головой зонт, гид повела туристическую группу по улице.
– Смотри, – Марк толкнул Артема локтем, – китайский Хоттабыч.
Старик сложил на груди морщинистые руки, два раза им поклонился, отвернулся и, продолжая кланяться, засеменил за группой.
– Смешной. Пошли, посмотрим. – И, не дожидаясь согласия, Марк направился за туристами. Артем пожал плечами и двинулся следом.
Разноцветная группа в кепках, соломенных шляпках и с непокрытыми головами послушно шла за белым ажурным зонтом к пешеходному переходу.
Старик, вытягивая шею, смотрел по сторонам. На Семеновской он резко остановился, шагнул влево и исчез. Артем и Марк переглянулись и поспешили за стариком в арку. Остановились. И, прижавшись к стене, стали наблюдать за белеющей в полумраке двора фигурой.
Туриста будто подменили: он больше не кланялся, спину держал прямо, с хищным вниманием осматривал двор. Шурша крошкой старого, потрескавшегося асфальта, старик делал несколько шагов вперед, замирал, поворачивал голову то влево, то вправо, и делал следующий шаг.
– Мы были здесь с экскурсией. – Прошептал Артем.
– Миллионка?! – Выдохнул Марк.
Старик дошел до середины двора, остановился напротив стены между оконными проемами, наглухо закрытыми фанерными листами. Сунул руку за пазуху и вытащил небольшой сверток. Развернул и, подставляя под солнечный свет, слабо проникающий сквозь мутные пластиковые козырьки, опоясывающие на уровне третьего этажа прямоугольный двор, принялся наклонять его из стороны в сторону, сверяясь со стеной перед ним.
– Смотри. Смотри. – Марк навалился на Артема. – Это карта?! – Восторженно прошептал он ему в ухо.
Артем оттолкнул его локтем и сердито шикнул в ответ.
Старик воровато оглянулся. Оскалился. Спрятал сверток за пазуху. Быстро дошел до конца двора и исчез в проеме сквозного прохода.
– Ушел. – Разочаровано протянул Артем.
Мальчики подошли и встали напротив стены из красного кирпича.
– Что он тут искал?
– Не знаю, но думаю, он вернется. – Марк пританцовывал на месте. – У него карта! У него явно карта клада!
– Ты думаешь? – Протянул Артем. – Учительница рассказывала, что нет здесь никаких сокровищ.
– Не важно, что нам говорили. Китаец настоящий? Ты сам видел, что настоящий! Значит, и клад настоящий. – Марк хлопнул Артема по спине. – Пошли. Будем ждать Хоттабыча.
Прямоугольное трехэтажное строение в три ряда по периметру было опоясано сплошной линией балконов, служивших лестничными пролетами. Железные двери и забранные решеткой окна мрачно смотрели во двор. Все стены на уровне первого этажа и широкие проемы окон, заложенных кирпичом или закрытых наглухо фанерой, были обезображены письменами, граффити и обрывками объявлений. Выше их украшали белые кляксы кондиционеров и железные витые перила балконов.
Артем и Марк обошли двор, подергали закрытую железную дверь на лестницу. Сходили в соседние дворы, и вернулись обратно. На сквозняке безмолвно покачивались натянутые над двором лампочки.
Китайца не было.
Но дверь, ведущая на лестницу к балконам, была открыта. Они поднялись на второй этаж, обошли его и, выбрав удобное место, сели на пол.
Артем достал телефон и набрал в строке поиска «секреты Миллионки».
– Слушай.
«История о золотом кладе, который якобы спрятали хунхузы в трущобах Миллионки во Владивостоке, является легендой».
Он зачитывал заголовки страниц.
«Золото Колчака, сокровища Миллионки, тайники хунхузов – легенды Приморского края».
«Вокруг кладов в районе Миллионки во Владивостоке существует множество слухов и легенд».
«О золоте адмирала Колчака».
«О кладе, который, по одной из версий, припрятал Сергей Лазо».
– Что там про хунхузов написано? – перебил Марк.
«Хунхузы – члены организованных банд, действовавших в Северо–Восточном Китае (Маньчжурии), а также на прилегающих территориях российского Дальнего Востока, Кореи и Монголии во второй половине XIX – первой половине XX веков».
– Как–то не хочется с ними встречаться. – Артем нахмурился.
– Злой хунхуз съел арбуз. – Хохотнул Марк.
– А если он нас убьет?!
– Мы проследим за ним, найдем клад, – не слушая его, Марк подскочил, – и разбогатеем. – Довольно улыбаясь, он встал перед Артемом.
– Как ты его найдешь? – тот поднялся, – карта у китайца, – он перегнулся через перила и посмотрел вниз, – нет тут никакого клада. Есть хочу. – Первым пошел на выход.
Не споря, Марк поскакал вприпрыжку следом. По старым, истертым ступеням лестницы они спустились с балкона, Артем отодвинул щеколду, толкнул тяжелую дверь и охнул. Наставив на них указательный палец, перед дверью стоял китайский турист.
Марк шагнул за спину Артему. А тот, не мигая, смотрел в мутные желто–коричневые, тигровые глаза старика.
Добродушный китаец превратился в хищника – черты его лица заострились, волосы жидкой седой бороды на выставленном вперед подбородке топорщились, крылья носа трепетали. Он издавал гортанные, отрывистые звуки.
– Иди. Иди. – Шепнул Марк и подтолкнул друга в спину.
Сделав два шага навстречу страху, Артем вышел за дверь и грудью уперся в наставленный на него палец. Моргнул. И увидел торчащий из-за пазухи край карты.
– Бежим! – Выхватил теплый сверток и бегом направо под арку. Расталкивая идущих навстречу возмущенных туристов, мальчики выбежали на улицу и шлепая сандалиями побежали вверх по Семеновской. Подальше от Миллионки с ее секретами и иностранными туристами.
Старик, размахивая руками и размазывая по щекам слезы, что-то кричал окружившим его соотечественникам и гиду с белым кружевным зонтиком в руках. Но догонять уже было некого.
Два дня никуда не ходили. Сидели у Артема дома, читали информацию в интернете, рассматривали карту. На пожелтевшей, с оборванными краями тряпице еле угадывались очертания стены. В центре, на кирпиче, был нарисован знак, похожий на заглавную букву «Б» на подставке.
После кражи карты, Артем отказывался идти обратно. Ему было стыдно.
– Представляешь, сколько там спрятано денег? – Убеждал его Марк. – Нам даже не придется учиться в школе.
– Ага, размечтался. – Хмыкнул Артем. – А может это другая стена?
– Хоттабыч пришел в этот двор? – Марк подскочил. – Именно в этот! Он же не дурак. – Резко опустился обратно на стул.
– Чем занимаетесь? – в комнату вошла старшая сестра Артема.
Он быстро сложил карту пополам, закрыв рисунок.
– Что это за тряпка? – Она подошла, двумя пальцами, сморщив нос, подняла карту над столом.
– Ничего особенного. – Мальчишки переглянулись.
– У уборщицы отобрали? – Усмехаясь, разжала пальцы. Ветхая ткань плавно опустилась на стол. – Ого. – Став серьезной, склонилась над раскрывшейся картой. – Пять!
– Что пять? – Переспросили они одновременно.
– Цифра пять. – Сестра ткнула пальцем в знак. – Китайская нумерация. Расскажите потом, где взяли. – Развернулась и вышла из комнаты.
– А я говорил! Я говорил! – Запрыгал по комнате Марк. – Старый китаец – раз. – Он загнул указательный палец. – Китайская цифра – два. – Загнул средний. – И клад – три. – Загнул безымянный.
И, выставив перед собой руку с поднятым вверх большим пальцем, широко улыбаясь, почти пропел. – И клад у нас в кармане!
– Хорошо. Хорошо. Пойдем искать клад. – Артем поднялся. – Только не пой.
Они выглянули из–за угла. В самом большом дворе Миллионки было пусто и почти темно.
– Иди. Не бойся. Нет его. – Марк подтолкнул Артема вперед и, озираясь, пошел следом.
Остановились перед знакомой стеной. Марк включил на телефоне фонарик. Сверяясь с картой, замирая от каждого шороха, они искали на стене кирпич с китайской цифрой «5».
Прощупали и осмотрели каждую выемку и неровность. Знака не было.
– Нет здесь цифры. – Артем отвернулся от стены и протянул Марку карту.
– А ты еще поищи. Подумай. – Отвел он его руку от себя.
Артем вздохнул. Мысленно ругая Марка, старого китайского Хоттабыча и все тайны Миллионки, продолжил рассматривать стену.
– Есть идея! – Артем приложил тряпичную карту к красной кирпичной кладке. – Видишь?
– Нет. – Марк пожал плечами.
– Смотри. Все кирпичи длинные, а этот, на котором нарисован знак, маленький. Короткий.
– И что?
– Надо искать короткий кирпич. – Артем свернул и засунул карту в карман. – Краска могла стереться. Свети на стену.
Нужный кирпич они нашли рядом с левым проемом. Стали считать. Налево от указанной на карте точки кирпичная кладка закончилась через два кирпича. Вниз – через четыре. Осталось два варианта – вверх и направо.
Приподнявшись на носочки (пятый кирпич был очень высоко), Артем попытался отколупнуть раствор между кирпичами большим ключом от квартиры – не получилось.
– Сильно высоко. – Марк достал свой ключ. – Держи! – Отдал Артему телефон с включенным фонариком и, отсчитав пять кирпичей направо, стал простукивать шестой. Седьмой. Восьмой. Звук везде был одинаковый.
– Ничего не понимаю, – Марк опустил руку. – Вот же карта и китайская пятерка.
– Выдумки это все. На экскурсии говорили, помнишь – легенды Миллионки.
– Нет! – Выкрикнул Марк и замахнулся на стену. – Вот карта. – Он со всей силы ударил ключом по короткому кирпичу. – Вот стена. – Размахнулся и ударил второй раз. Эхо вернуло дрожащий звук. – Должен! Быть! Клад! – Отбивая на кирпиче ритм, закончил он.
Опустил руку, и тяжело дыша, посмотрел на Артема. Раздался щелчок, и к их ногам из стены выпал самый короткий кирпич.
Мальчики прижались к стене. Артем заглянул в образовавшуюся дыру, втянул носом воздух – ничего. Ни запаха. Ни ясности.
– Доставай. – Прошептал Марк.
– Почему я?
– Я. Я. Я. – Прошелестело в темном дворе эхо.
Они вздрогнули. Обернулись.
Сжав губы, Артем засунул правую руку в дыру. Кирпичи внутри были влажными и холодными. Он тянулся, стараясь достать до дна узкого, глубокого, идущего вертикально вниз тайника.
– Что там? – Марк попытался заглянуть в отверстие, подсвечивая себе фонариком. – Что?
Засунув руку до плеча, Артем коснулся дна. Приподнявшись на носочки, поводил рукой по расширившемуся пространству. Передернулся. Захватил пальцами длинный предмет, прижал его к запястью и начал вытягивать. Зацепившись за кладку, чуть не выронил, вскрикнул от неожиданности, и крепко зажав, вытащил его наружу.
– Что это? – Марк посветил.
– Не могу понять.
– А больше там ничего нет? – Марк залез рукой в отверстие, пошарил по дну тайника. – Пусто – Он погасил фонарик, засунул телефон в задний карман шорт и принялся отряхивать футболку и шорты.
Раздались голоса. Артем наклонился, поднял маленький кирпич и вставил его обратно в отверстие.
– Бежим! – Не оглядываясь, они вышли из мрачного двора исторической Миллионки на ярко освещенную фонарями современную улицу города.
Тонкий черный конец переходил в плавные изгибы овальных головок с узкими глазами, как бусины насаженных одна на другую. Последняя, пятая голова, крепилась к более широкому, загнутому к верху основанию, украшенному похожими на лепестки цветов металлическими пластинками и сделанным их них же солнцем, в центре которого, темнело отверстие – колодец.
– Похоже на трубку. – Поворачивал во все стороны предмет Артем.
– Странная какая–то трубка. – Они трогали. Гладили. Обнюхивали.
Скрипнула дверь. – Ну что, разгадали тайну старой тряпки? – Хохотнула сестра и подошла к столу. – Ничего себе! Откуда это у вас?
Марк спрятал за спину руку с найденным сокровищем.
– Вы что, музей ограбили?
– Какой музей? Никакой музей мы не грабили. – И, отрицательно мотая головой, Марк протянул ей находку.
– Это очень старая трубка. – Она потрогала плавные изгибы пальцами. – Я видела такие в нашем музее.
– Музее?! – Хором переспросили мальчики.
– Признавайтесь, где вы ее взяли?
Они переглянулись. И перебивая друг друга, все ей рассказали.
– Подходите ближе. – Экскурсовод призывно помахала рукой. – Это та самая стена, в которой находился тайник с кладом – редкой антикварной трубкой. Подобными трубками пользовались охотники, надолго покидавшие свои жилища. А нашли ее два мальчика, украв карту у китайского туриста. Мы с вами знаем, что по закону предмет, найденный на территории России и обладающий исторической ценностью, принадлежит государству. Это и спасло мальчишек от серьезного наказания за кражу.
– Кстати, после того как найденную трубку выставили в музее, китаец приехал и предъявил на нее права. Рассказал, что она принадлежала его деду – владельцу притона, который покинул Владивосток в 1936 году после зачисток кварталов Миллионки чекистами НКВД. Трубку, конечно, ему никто не вернул. – Она развела руками. – Если ему удастся доказать, что она принадлежала его деду, возможно, он получит некоторую сумму, а так…
И она повела туристов за собой, продолжая раскрывать секреты и тайны Миллионки.
На красной кирпичной стене, между закрытыми фанерой проемами окон, блестела нарисованная черной краской китайская цифра «пять».
Книга «Земля леопардов» – финалист Общероссийской литературной премии «Дальний Восток» им. В. К. Арсеньева (2025).
Член Союза писателей России. Живет в Хабаровске.
Надежда ТАШЛЫКОВА
КЛАД МИЛЛИОНКИ
Берег был усыпан мусором, осколками ракушек, бурыми и зелеными лентами водорослей, брюхом кверху белели неподвижные тельца крабов. Артем ходил у кромки воды, ворошил морские сокровища палкой, отбрасывал от воды пластиковые бутылки и другой мусор. Грустно вскрикивая, над морем летали чайки.
Одноклассники и друзья разъехались, а Артем и Марк проводили летние каникулы в городе. Спортивная набережная была любимым местом для ежедневных прогулок. И пока утренняя дымка не пропускала яркие солнечные лучи, развалившись на скамье амфитеатра, они играли в игры на телефоне. Ближе к обеду, щурясь от яркого солнца, шли домой.
Марк выключил телефон, потянулся, поднялся с деревянного сиденья, пригладил взлохмаченные ветром русые волосы и спустился к морю.
– Батарея села?
– Да. Девять процентов осталось.
– Домой?
– А куда еще?! – Марк с разбега поддел ногой пластиковую бутылку и запустил ее в море.
От нее по воде, переливаясь на солнце, расплылись радужные круги. Артем нахмурился, но промолчал.
По новой лестнице поднялись на площадь. Выстреливая вверх струи воды и разбрасывая вокруг прохладные брызги, работал фонтан. Пиная друг другу небольшой камень, добежали до пересечения улиц Пограничная и Адмирала Фокина и остановились на светофоре.
Мимо них, сверкая красными боками, проехал туристический автобус. С недавних пор, возвращаясь в привычное туристическое русло, портовый город вновь наполнился чужой речью, – Владивосток с удовольствием принимал иностранных гостей.
Отъехав недалеко от пешеходного перехода, включив аварийные огни, автобус остановился. Громко вздохнув, открылась дверь, и на тротуар, улыбаясь, разговаривая, радостно вскрикивая, один за другим стали выходить китайские туристы. Раскрыв над головой белый кружевной зонт, покрикивая и размахивая руками, ими командовала китаянка-гид.
Артем отвернулся – что он, туристов никогда не видел?
Последним из автобуса вышел старик в белой рубашке с длинными рукавами, небрежно заправленной в серые просторные брюки. Лицо его было морщинистым, большие коричневые пятна неровными кляксами растеклись по бритой голове, затекали за воротник рубашки и наплывали на кончики ушей. На бороде торчал пучок седых волос.
Подняв над головой зонт, гид повела туристическую группу по улице.
– Смотри, – Марк толкнул Артема локтем, – китайский Хоттабыч.
Старик сложил на груди морщинистые руки, два раза им поклонился, отвернулся и, продолжая кланяться, засеменил за группой.
– Смешной. Пошли, посмотрим. – И, не дожидаясь согласия, Марк направился за туристами. Артем пожал плечами и двинулся следом.
Разноцветная группа в кепках, соломенных шляпках и с непокрытыми головами послушно шла за белым ажурным зонтом к пешеходному переходу.
Старик, вытягивая шею, смотрел по сторонам. На Семеновской он резко остановился, шагнул влево и исчез. Артем и Марк переглянулись и поспешили за стариком в арку. Остановились. И, прижавшись к стене, стали наблюдать за белеющей в полумраке двора фигурой.
Туриста будто подменили: он больше не кланялся, спину держал прямо, с хищным вниманием осматривал двор. Шурша крошкой старого, потрескавшегося асфальта, старик делал несколько шагов вперед, замирал, поворачивал голову то влево, то вправо, и делал следующий шаг.
– Мы были здесь с экскурсией. – Прошептал Артем.
– Миллионка?! – Выдохнул Марк.
Старик дошел до середины двора, остановился напротив стены между оконными проемами, наглухо закрытыми фанерными листами. Сунул руку за пазуху и вытащил небольшой сверток. Развернул и, подставляя под солнечный свет, слабо проникающий сквозь мутные пластиковые козырьки, опоясывающие на уровне третьего этажа прямоугольный двор, принялся наклонять его из стороны в сторону, сверяясь со стеной перед ним.
– Смотри. Смотри. – Марк навалился на Артема. – Это карта?! – Восторженно прошептал он ему в ухо.
Артем оттолкнул его локтем и сердито шикнул в ответ.
Старик воровато оглянулся. Оскалился. Спрятал сверток за пазуху. Быстро дошел до конца двора и исчез в проеме сквозного прохода.
– Ушел. – Разочаровано протянул Артем.
Мальчики подошли и встали напротив стены из красного кирпича.
– Что он тут искал?
– Не знаю, но думаю, он вернется. – Марк пританцовывал на месте. – У него карта! У него явно карта клада!
– Ты думаешь? – Протянул Артем. – Учительница рассказывала, что нет здесь никаких сокровищ.
– Не важно, что нам говорили. Китаец настоящий? Ты сам видел, что настоящий! Значит, и клад настоящий. – Марк хлопнул Артема по спине. – Пошли. Будем ждать Хоттабыча.
Прямоугольное трехэтажное строение в три ряда по периметру было опоясано сплошной линией балконов, служивших лестничными пролетами. Железные двери и забранные решеткой окна мрачно смотрели во двор. Все стены на уровне первого этажа и широкие проемы окон, заложенных кирпичом или закрытых наглухо фанерой, были обезображены письменами, граффити и обрывками объявлений. Выше их украшали белые кляксы кондиционеров и железные витые перила балконов.
Артем и Марк обошли двор, подергали закрытую железную дверь на лестницу. Сходили в соседние дворы, и вернулись обратно. На сквозняке безмолвно покачивались натянутые над двором лампочки.
Китайца не было.
Но дверь, ведущая на лестницу к балконам, была открыта. Они поднялись на второй этаж, обошли его и, выбрав удобное место, сели на пол.
Артем достал телефон и набрал в строке поиска «секреты Миллионки».
– Слушай.
«История о золотом кладе, который якобы спрятали хунхузы в трущобах Миллионки во Владивостоке, является легендой».
Он зачитывал заголовки страниц.
«Золото Колчака, сокровища Миллионки, тайники хунхузов – легенды Приморского края».
«Вокруг кладов в районе Миллионки во Владивостоке существует множество слухов и легенд».
«О золоте адмирала Колчака».
«О кладе, который, по одной из версий, припрятал Сергей Лазо».
– Что там про хунхузов написано? – перебил Марк.
«Хунхузы – члены организованных банд, действовавших в Северо–Восточном Китае (Маньчжурии), а также на прилегающих территориях российского Дальнего Востока, Кореи и Монголии во второй половине XIX – первой половине XX веков».
– Как–то не хочется с ними встречаться. – Артем нахмурился.
– Злой хунхуз съел арбуз. – Хохотнул Марк.
– А если он нас убьет?!
– Мы проследим за ним, найдем клад, – не слушая его, Марк подскочил, – и разбогатеем. – Довольно улыбаясь, он встал перед Артемом.
– Как ты его найдешь? – тот поднялся, – карта у китайца, – он перегнулся через перила и посмотрел вниз, – нет тут никакого клада. Есть хочу. – Первым пошел на выход.
Не споря, Марк поскакал вприпрыжку следом. По старым, истертым ступеням лестницы они спустились с балкона, Артем отодвинул щеколду, толкнул тяжелую дверь и охнул. Наставив на них указательный палец, перед дверью стоял китайский турист.
Марк шагнул за спину Артему. А тот, не мигая, смотрел в мутные желто–коричневые, тигровые глаза старика.
Добродушный китаец превратился в хищника – черты его лица заострились, волосы жидкой седой бороды на выставленном вперед подбородке топорщились, крылья носа трепетали. Он издавал гортанные, отрывистые звуки.
– Иди. Иди. – Шепнул Марк и подтолкнул друга в спину.
Сделав два шага навстречу страху, Артем вышел за дверь и грудью уперся в наставленный на него палец. Моргнул. И увидел торчащий из-за пазухи край карты.
– Бежим! – Выхватил теплый сверток и бегом направо под арку. Расталкивая идущих навстречу возмущенных туристов, мальчики выбежали на улицу и шлепая сандалиями побежали вверх по Семеновской. Подальше от Миллионки с ее секретами и иностранными туристами.
Старик, размахивая руками и размазывая по щекам слезы, что-то кричал окружившим его соотечественникам и гиду с белым кружевным зонтиком в руках. Но догонять уже было некого.
Два дня никуда не ходили. Сидели у Артема дома, читали информацию в интернете, рассматривали карту. На пожелтевшей, с оборванными краями тряпице еле угадывались очертания стены. В центре, на кирпиче, был нарисован знак, похожий на заглавную букву «Б» на подставке.
После кражи карты, Артем отказывался идти обратно. Ему было стыдно.
– Представляешь, сколько там спрятано денег? – Убеждал его Марк. – Нам даже не придется учиться в школе.
– Ага, размечтался. – Хмыкнул Артем. – А может это другая стена?
– Хоттабыч пришел в этот двор? – Марк подскочил. – Именно в этот! Он же не дурак. – Резко опустился обратно на стул.
– Чем занимаетесь? – в комнату вошла старшая сестра Артема.
Он быстро сложил карту пополам, закрыв рисунок.
– Что это за тряпка? – Она подошла, двумя пальцами, сморщив нос, подняла карту над столом.
– Ничего особенного. – Мальчишки переглянулись.
– У уборщицы отобрали? – Усмехаясь, разжала пальцы. Ветхая ткань плавно опустилась на стол. – Ого. – Став серьезной, склонилась над раскрывшейся картой. – Пять!
– Что пять? – Переспросили они одновременно.
– Цифра пять. – Сестра ткнула пальцем в знак. – Китайская нумерация. Расскажите потом, где взяли. – Развернулась и вышла из комнаты.
– А я говорил! Я говорил! – Запрыгал по комнате Марк. – Старый китаец – раз. – Он загнул указательный палец. – Китайская цифра – два. – Загнул средний. – И клад – три. – Загнул безымянный.
И, выставив перед собой руку с поднятым вверх большим пальцем, широко улыбаясь, почти пропел. – И клад у нас в кармане!
– Хорошо. Хорошо. Пойдем искать клад. – Артем поднялся. – Только не пой.
Они выглянули из–за угла. В самом большом дворе Миллионки было пусто и почти темно.
– Иди. Не бойся. Нет его. – Марк подтолкнул Артема вперед и, озираясь, пошел следом.
Остановились перед знакомой стеной. Марк включил на телефоне фонарик. Сверяясь с картой, замирая от каждого шороха, они искали на стене кирпич с китайской цифрой «5».
Прощупали и осмотрели каждую выемку и неровность. Знака не было.
– Нет здесь цифры. – Артем отвернулся от стены и протянул Марку карту.
– А ты еще поищи. Подумай. – Отвел он его руку от себя.
Артем вздохнул. Мысленно ругая Марка, старого китайского Хоттабыча и все тайны Миллионки, продолжил рассматривать стену.
– Есть идея! – Артем приложил тряпичную карту к красной кирпичной кладке. – Видишь?
– Нет. – Марк пожал плечами.
– Смотри. Все кирпичи длинные, а этот, на котором нарисован знак, маленький. Короткий.
– И что?
– Надо искать короткий кирпич. – Артем свернул и засунул карту в карман. – Краска могла стереться. Свети на стену.
Нужный кирпич они нашли рядом с левым проемом. Стали считать. Налево от указанной на карте точки кирпичная кладка закончилась через два кирпича. Вниз – через четыре. Осталось два варианта – вверх и направо.
Приподнявшись на носочки (пятый кирпич был очень высоко), Артем попытался отколупнуть раствор между кирпичами большим ключом от квартиры – не получилось.
– Сильно высоко. – Марк достал свой ключ. – Держи! – Отдал Артему телефон с включенным фонариком и, отсчитав пять кирпичей направо, стал простукивать шестой. Седьмой. Восьмой. Звук везде был одинаковый.
– Ничего не понимаю, – Марк опустил руку. – Вот же карта и китайская пятерка.
– Выдумки это все. На экскурсии говорили, помнишь – легенды Миллионки.
– Нет! – Выкрикнул Марк и замахнулся на стену. – Вот карта. – Он со всей силы ударил ключом по короткому кирпичу. – Вот стена. – Размахнулся и ударил второй раз. Эхо вернуло дрожащий звук. – Должен! Быть! Клад! – Отбивая на кирпиче ритм, закончил он.
Опустил руку, и тяжело дыша, посмотрел на Артема. Раздался щелчок, и к их ногам из стены выпал самый короткий кирпич.
Мальчики прижались к стене. Артем заглянул в образовавшуюся дыру, втянул носом воздух – ничего. Ни запаха. Ни ясности.
– Доставай. – Прошептал Марк.
– Почему я?
– Я. Я. Я. – Прошелестело в темном дворе эхо.
Они вздрогнули. Обернулись.
Сжав губы, Артем засунул правую руку в дыру. Кирпичи внутри были влажными и холодными. Он тянулся, стараясь достать до дна узкого, глубокого, идущего вертикально вниз тайника.
– Что там? – Марк попытался заглянуть в отверстие, подсвечивая себе фонариком. – Что?
Засунув руку до плеча, Артем коснулся дна. Приподнявшись на носочки, поводил рукой по расширившемуся пространству. Передернулся. Захватил пальцами длинный предмет, прижал его к запястью и начал вытягивать. Зацепившись за кладку, чуть не выронил, вскрикнул от неожиданности, и крепко зажав, вытащил его наружу.
– Что это? – Марк посветил.
– Не могу понять.
– А больше там ничего нет? – Марк залез рукой в отверстие, пошарил по дну тайника. – Пусто – Он погасил фонарик, засунул телефон в задний карман шорт и принялся отряхивать футболку и шорты.
Раздались голоса. Артем наклонился, поднял маленький кирпич и вставил его обратно в отверстие.
– Бежим! – Не оглядываясь, они вышли из мрачного двора исторической Миллионки на ярко освещенную фонарями современную улицу города.
Тонкий черный конец переходил в плавные изгибы овальных головок с узкими глазами, как бусины насаженных одна на другую. Последняя, пятая голова, крепилась к более широкому, загнутому к верху основанию, украшенному похожими на лепестки цветов металлическими пластинками и сделанным их них же солнцем, в центре которого, темнело отверстие – колодец.
– Похоже на трубку. – Поворачивал во все стороны предмет Артем.
– Странная какая–то трубка. – Они трогали. Гладили. Обнюхивали.
Скрипнула дверь. – Ну что, разгадали тайну старой тряпки? – Хохотнула сестра и подошла к столу. – Ничего себе! Откуда это у вас?
Марк спрятал за спину руку с найденным сокровищем.
– Вы что, музей ограбили?
– Какой музей? Никакой музей мы не грабили. – И, отрицательно мотая головой, Марк протянул ей находку.
– Это очень старая трубка. – Она потрогала плавные изгибы пальцами. – Я видела такие в нашем музее.
– Музее?! – Хором переспросили мальчики.
– Признавайтесь, где вы ее взяли?
Они переглянулись. И перебивая друг друга, все ей рассказали.
– Подходите ближе. – Экскурсовод призывно помахала рукой. – Это та самая стена, в которой находился тайник с кладом – редкой антикварной трубкой. Подобными трубками пользовались охотники, надолго покидавшие свои жилища. А нашли ее два мальчика, украв карту у китайского туриста. Мы с вами знаем, что по закону предмет, найденный на территории России и обладающий исторической ценностью, принадлежит государству. Это и спасло мальчишек от серьезного наказания за кражу.
– Кстати, после того как найденную трубку выставили в музее, китаец приехал и предъявил на нее права. Рассказал, что она принадлежала его деду – владельцу притона, который покинул Владивосток в 1936 году после зачисток кварталов Миллионки чекистами НКВД. Трубку, конечно, ему никто не вернул. – Она развела руками. – Если ему удастся доказать, что она принадлежала его деду, возможно, он получит некоторую сумму, а так…
И она повела туристов за собой, продолжая раскрывать секреты и тайны Миллионки.
На красной кирпичной стене, между закрытыми фанерой проемами окон, блестела нарисованная черной краской китайская цифра «пять».
