*** О, чистый лист и неизвестность! Свою волшебность не тая, Слова сквозь сумрак, боль и нежность родятся из небытия.
Слова теснятся, осыпаясь на белый лист живой пыльцой, Снежком из форточки бросаясь в разгорячённое лицо.
В них всё проступит: вспышка счастья, утраты горестная стынь. И хмель любовного участья. И смех. И прошлого полынь.
О, чистый лист и неизвестность! Навеки определено Нам так беречь свою словесность, как в голод берегут зерно.
ТРОИЦКАЯ РОДИТЕЛЬСКАЯ СУББОТА
Зайди сегодня под церковный кров – Тревожно, и таинственно, и сладостно Мерцанье поминальных огоньков И облака клубящиеся ладана.
О, родичи, что навсегда ушли В далёкие и вечные селения, Мы, здешние, за вас поём с Земли Молитвы о упокоении.
С ТРАСТНАЯ ПЯТНИЦА
И вновь сплетён венец терновый. И вновь, глумлива и слепа, – «Распни!» – невинной алчет крови Многомятежная толпа.
Им мало бичеванья плетью... Пилат уходит, седовлас. Тому не два тысячелетья. Всё это с нами. Здесь. Сейчас.
Стоим в немом оцепененье В невыносимой духоте. Своим отверженный твореньем, Господь страдает на кресте.
Вновь во вселенском этом горе, Сжав кулаки, себя казни. Ведь в оголтелом общем хоре И ты кричал: «Распни! Распни!»
Но тайнозрительно из праха Воскреснет Жизнь – всему в ответ. И в тёрн души заронит Пасха Благодаренья тихий свет.
ПРИЧАСТИЕ
1. О, как готовилась душа Стоять у края, И близкой вечностью дышать, И, замирая, Превозмогать дремучий страх Её объятий... Я прощена. А на губах – Вкус благодати.
2. Замирает душа. Предстою. Будто я у вечности на краю! Утекают песчинки минут. Чаша горняя – милость иль суд? Отчий свет или зрак огня? Смотрит пристально вечность в меня. А крылатые зовут голоса – Слёзы застилают глаза. И летает душа высоко И немыслимо, и легко!
*** И Слово – бысть, весь первобытный хаос Пронзив насквозь! Очнулось время, и заколыхалось! И началось! Миры роились, космос наполняя, Во мгле клубясь. И малая планета голубая Вдали зажглась. Преодолев космическую вьюгу, Сквозь толщу лет, Она всё мчит по заданному кругу На Божий свет! Ей быть землёй любви, а не увечий – Не повезло. О, сколько слёз и крови человечьей В неё вошло! А вдруг она, не ровен час, сорвётся В разверстый дым? Как дар небес нам миг земной даётся – Неповторим! Есть только он... а время... время мчится, Как нервный сон. Верни, верни хотя б частицу Отцу времён.
*** Кромсают небо беспилотники – Зашлась душа в безмолвном крике. Цветёт герань на подоконнике. А в каждой тоненькой прожилке Ликует жизнь, вбирает бережно Частицы солнечного света. Но мир в ладони Божьей бешено Пылает, подожжённый кем-то. Отравлен смертоносным варевом Вражды и файлами Эпштейна. Ужель восстала чёрным маревом Орда фашистская из тлена? Цветёт «Герань» кровавым заревом... Визжит припадочно сирена... Ужель сбывается пророчество Последних дней, и в сумрак мглистый Из вашингтонского урочища Вот-вот объявится Антихрист? Ужели всё на карту брошено... «Близ есть при дверех». У порога. Пылает мир, забывший прошлое, И обжигает руки Бога.