Владимир Шемшученко. Данник русского языка

Автор: Владимир Шемшученко

***

Разбухли от сырости двери.

У ветра повадки судьбы.

Не видел бы, вряд ли поверил,

Что лужи растут, как грибы.

Не март, а январь на исходе.

Смиряюсь…

Сказал же поэт,

Что нет безобразья в природе…

На нет и суда у нас нет.

И всё же камин разжигаю.

С полешка стекает слеза…

Дыханьем огню помогаю.

Коты округляют глаза.

Расселись.

Глядят, не мигая,

И жмутся поближе к теплу…

Я телеторшер зажигаю,

И тень оживает в углу,

Надсадно гнусит под сурдинку…

(Наверно, так сходят с ума).

Ну, хватит!

Дочурка, Полинка!

Сегодня ты будешь – зима!

И слышу… Нет… Чувствую кожей

(Как впавшее в спячку зверьё) –

Протопали где-то в прихожей

Весёлые ножки её.

Да, папа… Я куклу купала…

Пусть сохнет…

Подвиньтесь, коты…

Смотри, чтоб она не упала…

Кто греет под снегом цветы?

Любуюсь – и дочь, и подруга…

Ну, как ей не скажешь, любя:

Беги, голенастая вьюга,

Я всюду услышу тебя!

Умученным поэтам

Власть отвратительна, как руки брадобрея.

Осип Мандельштам

Вы хотели вместить в себе всё,

Потому обронили невольно:

И рыдающий звон колокольный,

И снежинки, что ветер несёт.

Вы ушли, не умея служить

И прислуживать брадобрею.

Я стихи ваши горькие грею

Под рубашкой, и сердце дрожит.

Нынче в небе так много луны,

Но темны ваши светлые лица.

И уже не успеть повиниться –

Вы на десять шагов не слышны.

***

Как человеку нужен человек,

Особенно когда лютует холод!

Мой разум этим холодом расколот

На да и нет, а посредине – снег.

Как нужен рядом тот, кто всё поймёт

И по любви великой не осудит.

Ну почему поэта гонят люди

Сквозь клевету – и непременно вброд!

Луна уйдёт, и вновь придёт луна,

Поскольку на земле не рассветает…

Как человека в мире не хватает!

Какая нынче лютая весна!

***

Молчите, проклятые книги!

Я вас не писал никогда!

Александр Блок

Он сидит за столом. Одиночество топит в стакане.

Тонким углем ночник очертил силуэт на стене.

За окном тает снег, и, как бинт, прилипающий к ране,

Постепенно чернеет…

Стоит в летаргическом сне

У дороги аптека. Рождает бесполые тени

Одинокий фонарь. В ресторанах пропойцы кричат.

Диск на небе кривится. Вздыхают в парадной ступени.

Незнакомка уходит… Проклятые книги молчат.

***

Опустилась на кончик пера

Паутинка ушедшего лета.

Никогда столько синего цвета

В небесах я не видел с утра.

И светла моя грусть, и легка.

Отрекаюсь от пошлых мистерий.

Я – смиреннейший подмастерье,

Данник русского языка.

***

Родине

Осень. Звон ветра. Синь высоты.

Тайнопись звездопада.

Если на кладбищах ставят кресты,

Значит, так надо.

Значит, и нам предстоит путь-дорога

За теплохладные наши дела.

Скольких, скажи, не дошедших до Бога,

Тьма забрала.

Скольких, ответь, ещё водишь по краю

По-матерински ревниво любя.

Я в этой жизни не доживаю

Из-за тебя.

Из-за тебя на могилах трава –

В рост! – где лежат друзья…

Но истина в том, что не ты права,

А в том, что не прав я.

***

Позарастала жизнь разрыв-травой.

Мы в простоте сказать не можем слова.

Ушёл, не нарушая наш покой,

Безвестный гений, не нашедший крова.

Как в ржавых механизмах шестерёнки,

Скрипят стихи – поэзия мертва.

Мы днём и ночью пишем похоронки

На без вести пропавшие слова.

***

Смилуйся, Государыня-Рыбка!

А. С. Пушкин

Придержи-ка, читатель, улыбку,

И сердитые песни не пой.

Пожалей Государыню-Рыбку –

У неё перманентный запой:

Хлещет с горя солёную воду,

А душа всё горит и горит.

И в погоду, и в непогоду

Золотые слова говорит:

Это ж надо такое наделать,

Чтоб людей покарать нищетой…

Ну, старуху, понятно, – за дело.

Старика, старика-то за что?

Не милы ей ни слава, ни сила,

Ни лазурь, ни песчаное дно.

Приплыла к нему Рыбка, спросила…

Ей ответили: Умер… Давно…