Опять забытые столы. Под инеем – клеенка листьев. Свет одевает в шубы лисьи Леса на краешке скалы.
* * * Высокие деревья – На радость дураку Ударит осень дверью По млечному курку.
Земля и небо рядом. И этим далям в лад Я забывал ограды, Которым был не рад.
Огонь бывает резок. И, на стекло дыша, Грохочет, как железо, Над пропастью душа.
* * *
Жаль, что в городском дворе Не шумят сады. Подоконник в январе – Зимние цветы Нежные, южные, Никому не нужные Вспоминаются слова, Нет их в словаре.
Хорошо погулял: Даже дома нет. В каждом сколе угля – Миллионы лет. Тихие, громкие, С кровью и обломками Вспоминаются слова, В словаре их нет.
Дверь, открытая в ночь, Полутемный зал. Взял и вышел бы прочь – Недорассказал… Долгими, краткими С волчьими повадками Вспоминаются слова, В словаре их нет.
Делать нечего – дни Против шерсти гладь. Тень свою догони, Тело сбрось, как кладь. Зыбкие, страшные, Чистые, отважные Вспоминаются слова, Не пересказать.
* * *
Даже оберег – Служит иногда … Я посеял снег И взошла вода .
В звуке бубенца – Для скота загон. В доме без венца - Угол – без икон.
Недоступен свет Дерзкому уму. В отрезвленье нет Отчеств никому.
* * *
Сторона, моя сторонка; Необъятны из окна: Неба синего воронка, Звездных зубьев борона.
Выйдешь утром – бездна рядом Жизнь, как водится, не та: На излете, за снарядом, Только смерти суета.
* * * Мы устали. Ох, как мы устали. Не получится нам отдохнуть. По раскатанной в полоску дали Пролегает окаянный путь…
У ворот – зверей нездешних пастбище, У воров – нелегкая еда. Кладбища, какие нынче кладбища – Города и рядом – города.
* * *
Навсегда обучена система Небесами в сабельном строю. Вы стоите предо мной, как смена, Как судьба – пред вами я стою.
Закурю серебряную трубку, Захочу остаться молодым. Поутру, как белую голубку, Выпускаю на свободу дым.
* * *
Опять луна таращится вараном, Под звездным небом – мавзолеи гор. Пора проснуться, уяснить пора нам, Что бьется сердце всем наперекор. Кровь из десны на колыбель в обиде. И крысы наводняют города. Нам видеть сны, которые не видел Никто и не увидит никогда.
* * *
Обычная цена: и зрячий, и слепой Нащупывают дно в невиданном просторе. Какая тишина отпущена судьбой – Земным веретеном – узнает каждый вскоре. У мертвых и живых в откованном ноже, В молитвах колесу – не достигаешь истин. От капель дождевых светлее на душе, И ветрено в лесу не облетевшим листьям.
* * *
Для чего здесь была дорога От реки до скалистых гряд? Нынче - в ветках трещит сорока, Рядом - рысьи глаза горят.
Где дожди размывали в глине Отпечатки людских шагов - Серебристая лень полыни, Облепиховый свет жарков.
Жили дружно, хоть небогато - На дороге один стою. Так глуха тишины громада, Что я слышу лишь кровь свою.
***
Ветер толкает дверь, Гонит пустой пакет, Смотрит в окно как зверь, Кашляет, словно дед.
В пуле немного грамм, Участь ее проста – За перевалом - храм С куполом без креста.
Завтра придет рассвет, Зубы оскалит вор: Был человек и – нет. Вот и весь разговор.
* * * В бездорожье, постепенно, На волнах земной коры Воздвигаются как стены Бесконечные миры.
Топорище без берёзы, Из луны со льдом – топор. Трещина огня в морозы, Время сложено из гор.
В небесах – до звёзд истёртый - Вечности мореный дуб. Сердце славит хваткой мёртвой Каждый каменный уступ.
* * *
Воистину великий день Без крепости и без героя, Когда до гибели порою Короче голенища тень.
У лестниц, окон и дверей, У кровель и опять – у лестниц Идут веками каждый месяц Бои, достойные царей.
Руки предательская дрожь, Крестом просыпавшийся порох… Как звон малиновый на шпорах Мы пропадаем ни за грош.
* * *
Ничего в округе нет: Ни столба, ни деревца. Вот уже две сотни лет Пьёт народ да зверится. Узел сделан из гвоздя, Из ногтей – бумага… Дзынь! – копейкой по гостям Покатилась фляга.
* * *
Мне из света уходить не хочется. Перед снегом замерли леса. Сколько тишины и одиночества Испытал я, глядя в небеса.