ПОДЗОРОВА Инна Владимировна родилась в 2000 году в Липецке. Окончила курсы литературного мастерства Челябинского государственного института культуры. Победитель XVII открытого конкурса «Проба пера» (СПб), дипломант XIV и XV фестиваля-конкурса «Хрустальный родник» (Орел). Лауреат IX конкурса молодых поэтов «Зеленый листок» (Тверь), призер конкурсов «Карта молодой литературы», «Перо современности» и пр. Финалист Международной литературной премии им. А. Левитова, Международной литературной премии «В начале было слово», Всероссийского литературного конкурса «Медвяный звон» им. В. Шаповалова, полуфиналист премии «Лицей». Публиковалась в сборниках «Липецкие поэты – родному краю», «Время утекает» и др., в литературных журналах «Подъем», «Южный маяк», «Петровский мост», «Дрон», в электронном журнале «Лиterraтура», в «Литературной газете», поэтическом альманахе «45-я параллель», на портале «День Литературы». Живет в Липецке.
ОДУВАНЧИК
ЛИПЕЦКОЕ
Если с утра непривычно легко озяб, значит, из шкафа пора доставать пальто. Город раздавлен, прижат, переплавлен в сляб, пьет и растерянно прячется под зонтом.
Прячется под козырьками чужих домов, пережидает в привычно пустых ТЦ, шепчется: «Знал бы, как будет – да я давно б...», морщась от капель на мертвом стальном лице.
Выпьет излишки ливневка, затихнет дождь, бурые лужи затянутся первым льдом. Скажут, бывало: «Еще своего хлебнешь» с тихой обидой, отложенной на потом.
Город задушен, лежит под ногой, как мяч, дети на брошенной стройке кричат: «Паркур!» – время проходит, но так же болезнен плач в горле без кома, ползущего к кадыку.
*** На рельсах замерев, стоит вагон метро. Потек людской гудящий рой в зазоры плит, поднялся, холодом облит, на Божий свет из вымощенных плиткой недр – и вновь смолит. На время неделимым стал живой поток – всецветный слиток поволок прокатный стан. Глотнет объезженная сталь табачный дым и к идентично занятым помчится вдаль.
ОДУВАНЧИК
Руби сплеча. Как наломаешь дров, зови на огонек, приду погреться. На желтом поле буйных сорняков осталось наше радостное детство.
Мы выросли, нашли свои пути, на петлях времени – американских горках – летели сквозь пространство перспектив в гнетущую неотвратимость рока.
Пересеклись случайною весной, допили кофе, доиграли в карты. Твой выстрел, как обычно, холостой, а ты все тот же, грустный и помятый.
И сквозь года я остаюсь собой, и ты в душе такой же милый мальчик. Мы встретимся случайною весной, и разлетится белый одуванчик.
*** Сырое небо не спешит светлеть – так, бледный луч ползет у горизонта, и грома оглушающая плеть не отгоняет, но зовет кого-то.
Ветшает домик в брошенном саду, пропитываясь сорняковым соком. Нестройными рядами дни бредут, а он молчит и смотрит одиноко.
Накатывает желтая тоска, пуская корни глубоко под ребра, но сердце будет биться и в тисках, найдя себе пространство для маневра.
Туман скребет ночную темноту и будит город непривычно белый. А ветхий домик в брошенном саду должны продать на нынешней неделе.
НОВОГОДНЕЕ
Успевать – не спорить с перебитым в крошку наступающего дня. Раз в году становятся обиды поводом отжившее менять.
Воздух о себя гремуче бьется. Дрон? Салют? Попробуй разберись. В череде испытанных эмоций незаметно пролетает жизнь.
Целая тарелка мандаринов, бутерброды, оливье, икра – полноту традиций не отринет новая нелегкая пора.
Чем чернее пришлые напасти, тем яснее видится вдали: не напрасно наступает праздник оборота нового Земли.
*** Забудь о чае – сам заварится, не вспоминай о неиспытанном, хватая белый кубик пальцами, роняя новое в испитое. Так прирастает настоящее ко дну стакана с темной гущею, из средоточия кипящего хронически рождая сущее.
*** А ничего уже не выдумать на сослагательном беды: когда одна из церкви выйдет мать, запомнив сына молодым, когда отец оставит горькую и перессорятся друзья – поставим точку в эпилоге, и закроем книгу. И глаза.