*** Вместо бессильных слов В самом, самом начале – Капельки васильков, искорки иван-чая. Ну и ещё – река. А на реке – светает… Это издалека, Это растёт, нарастает. Это - ещё не звук. Это – из сердцевины. Это небесный паук Звёздной наткал паутины. Это корова-луна, Тучу поддела рогами. Это кричит тишина, Смятая сапогами. Это – здесь и сейчас! – Заговорить стихами. Это – последний шанс Не превратиться в камень.
*** Светилась яблоня в саду За три минуты до рассвета. В тени ракит купало лето Кувшинки жёлтые в пруду . Играла рыба в глубине На перламутровой свирели, И камыши о вечном пели, И подпевать хотелось мне.
Звенел комарик у виска О чём-то бесконечно важном, И так бывало не однажды, И те же плыли облака…
Упало яблоко – пора – И ветка, охнув, распрямилась… И, торжествуя, жизнь продлилась За три минуты до утра.
*** Дождь походкой гуляки прошёлся по облаку, А потом снизошёл до игры на губе. Он сейчас поцелует не город, а родинку, На капризно приподнятой Невской губе.
И зачем я лукавую женщину-осень, С разметавшейся гривой роскошных волос, Ради музыки этой безжалостно бросил, Чтоб какой-то дурак подобрал и унёс?
Я по лужам иду, как нелепая птица, Завернувшись в видавшее виды пальто. Этот сон наяву будет длиться и длиться… Из поэзии в жизнь не вернётся никто!
ОКТЯБРЬ
У берега вода чиста и холодна. Прозрачные леса отчаянно красивы. Плесни-ка мне, дружок, карельского вина, Затеплим костерок – ну, хоть у этой ивы.
Она среди камней стоит, едва дыша – Объятия ветров настойчивы и грубы… Мы наберём с тобой сухого камыша, И для неё сошьём из дыма лисью шубу.
Как дышится легко! Как звёзды высоки! И воздух не горчит, а первым пахнет снегом… Я подниму с земли листочки-лепестки И глубоко вдохну, и выдохну: О-н-е-г-а…
ПОЭЗИЯ
1. Когда идёшь по краю ледника – По грани, по излому тьмы и света, И видишь, как рождается река, Решись на шаг, и сделайся поэтом. И – вдребезги! И вот она – бери!
Она живёт в цветке рододендрона, Она – артериальной крови ритм, Она вне человечьего закона.
Она растёт из сердца валуна Под первыми весенними лучами, Она нежна, как полная луна, Из-за неё моря не спят ночами.
Возьми – она прожжёт тебе ладонь И обернётся шумом водопада. Она тебя ужалит – только тронь! И ты умрёшь, но умирать не надо.
Ты сможешь, ты сумеешь – делай шаг, Один короткий шаг… Какая мука! И заново научишься дышать И чувствовать губами привкус звука.
2. От сердца к сердцу, от любви к любови, До самых, самых беззащитных – нас! Сквозь жизнь и смерть, сквозь властный голос крови, В урочный или неурочный час, Листвой опавшей, первою травою – Нас властно отделяя от других, Доходит и хватает за живое… И сторонятся мёртвые живых!
3. Как много в городе снега – Бери и стихи пиши! В вагоны метро с разбега Прыгай, буянь, греши! До хрипоты с судьбою Спорь – не теряй лица. За женщину – только стоя! За Родину – до конца! И пусть второму – корона, А третьему – соловьи. Ты – первый! Крылья Грифона – Твои! Взлетай и лети – так надо, Не возвращайся назад – Писательские заградотряды Поэзию не щадят.
*** Художник поставит мольберт И краски разложит, и кисти, А я – двадцать пять сигарет – И с ветки сорвавшийся листик. Мы будем сидеть vis-a-vis, Пока не опустится темень И ради надмирной любви Пространство раздвинем и время. Мы будем глядеть в никуда И думать о чём-то неважном: Сквозь нас проплывут господа В пролётках и экипажах - Улыбки сиятельных дам, Смешки, шепотки одобренья, Последним проедет жандарм, Обдав нас потоком презренья. А ночью в дрянном кабаке, Где слухи роятся, как мухи, Он – в красках, я – в рваной строке Хлебнём модернистской сивухи, Забудем, что есть тормоза, Сдавая на зрелость экзамен, И многое сможем сказать Незрячими злыми глазами. И к нам из забытых времён, Из морока рвани и пьяни Подсядут: художник Вийон И первый поэт Модильяни…
*** Черёмуховый обморок. Безумье соловья. Подслеповатый дождь, крадущийся по крыше… Скучают во дворе верёвки для белья, И во дворе земля волнуется и дышит.
На цыпочках рассвет по лужам пробежал И в спешке обронил роскошный куст сирени… Он долго на ветру качался и дрожал, Роняя на траву причудливые тени.
Откуда ни возьмись нагрянули скворцы, Снуют туда-сюда… И важные такие… И тотчас воробьи – на что уж храбрецы! – Расстроили свои порядки боевые.
И, кажется, что зла на свете вовсе нет, Зато добра вокруг – невыпитое море: И от костра дымок, и яблоневый цвет, И соло василька в большом цветочном хоре!
Марине
1. Перебранка полешек, бормотанье огня, И волос твоих рыжих волнующий запах… Я тебя назову – свет осеннего дня, Или, лучше, - предзимье на заячьих лапах.
А ещё – из камина возьму уголёк, И на белом листке (Только бы не проснуться!) В простоте напишу всего несколько строк, До которых потом не смогу дотянуться.
Полутон, полужест – между явью и сном – (Только ты помолчи, а иначе – разбудишь!) Это снег! Это – первый, большой за окном! Я его полюблю, так, как ты его любишь!
2. Смахнул снежинки с тёмной шубы И сразу понял – опоздал: Тебя в обветренные губы Мороз уже поцеловал. Глаза в глаза! И задохнулся! И растворился! И пропал! Ненужным словом поперхнулся И поражение признал. Я – снег! Лепи меня руками, В азарте пальцы обжигай, Взрывайся белыми стихами И междометьями стегай! И смейся! Смейся до упаду! Я вечер – бел. Я ветер – тих. Приму, как высшую награду, Прикосновенье рук твоих!
3. Скрипит под ногами ледок, Чирикает воробьишка. Меняет и наш городок На плащик худое пальтишко. Любимая, вот и весна! Снега уползают в овраги… Вот брякну в сердцах: «Не до сна!» - И двину из греков в варяги, Минуя весёлый Париж, В котором полно чернокожих, Где снежные хищники с крыш Не прыгают на прохожих, Где каждый случайный сугроб Сметанен и даже – творожен, И всякий любовный микроб Опознан – и уничтожен! И веник у них не цветёт… А наш, посмотри, - расцветает! Любимая, я – идиот – Европа стихи не читает! Не смейся, родная, прошу… И пусть непростительно трушу – Я лучше ТЕБЯ напишу: Слушай!