Автор: Николай Зиновьев
День Победы
Воспетый и в стихах, и в пьесах,
Он, как отец своим сынам,
Уже полвека на протезах
Что ни весна, приходит к нам.
Он и страшнее, и прекрасней
Всех отмечаемых годин.
Один такой в России праздник —
И слава Богу, что один...
Старуха
Кожа рук темней ковриги.
В нитку стёртое кольцо.
Как страница старой книги,
Пожелтевшее лицо.
- Есть ли дети, внуки?
- Что вы? -
Потемнела морщью лба.
- Я из девок да во вдовы.
Вот и вся моя судьба.
* * *
Я в нашей комнатке прохладной,
Проснувшись рано поутру,
Ступал на солнечные пятна
На голом крашеном полу.
Она спала, нагие груди
Укрыв распущенной косой,
А я счастливый и босой,
В постель ей нес пирог на блюде.
Спешил на кухню ставить чайник...
Все это вижу, как в кино.
Увы, мы встретились случайно.
Увы, расстались мы давно.
И жизнь, как прежде, непонятна.
И я как нищий на балу.
Но эти солнечные пятна...
Но эти солнечные пятна
На голом крашеном полу!..
Мать
Там, где сквозь огнедышащий чад
Солнце на ночь в ущелье свалилось,
Сын погиб...
Чтоб донянчить внучат,
Мать на время живой притворилась.
* * *
Не спалось, и я вышел во двор.
Лип верхушки как будто плясали,
Хмель, как вор, на соседский забор
Лез неслышно. И звезды мерцали.
Легкий ветер мне дул в рукава,
Еле тлела в руке сигарета.
И кружилась слегка голова
Оттого, что вращалась планета.
* * *
Мы с вами шли лесопосадкой,
Сияло солнце горячо.
И с тайным трепетом, украдкой
Плеча касалось вдруг плечо.
...Потом я рвал Вам в поле маки,
Любить всегда, - клялись мне Вы.
А время черепом собаки
Смеялось тихо из травы.
На малой Родине
Не ведом сердцу дух бродяжий.
Всё здесь, в родимом уголке:
И ширь полей, и пруд лебяжий,
И крюк надёжный в потолке,
И светлой рощицы прохлада,
Где мат и пьянка, срам и блуд...
Всё здесь, что мне для жизни надо.
И всё, чего не надо, – тут.
Молитва
Как ни темна, как ни трудна
Жизнь россиян, как ни убога,
К Творцу есть просьба лишь одна,
Лишь об одном прошу я Бога:
Не дай такого, Боже мой,
Чтоб наша Русь, ругаясь матом,
Пошла по миру не с сумой,
А с самым лучшим автоматом...
* * *
В степи, покрытой пылью бренной,
Сидел и плакал человек.
А мимо шел Творец Вселенной.
Остановившись, он изрек:
"Я друг униженных и бедных,
Я всех убогих берегу,
Я знаю много слов заветных.
Я есмь твой Бог. Я все могу.
Меня печалит вид твой грустный,
Какой бедою ты тесним?"
И человек сказал: "Я – русский",
И Бог заплакал вместе с ним
* * *
Ничего придумывать не надо,
Всё уже придумано давно.
Запахи цветения из сада
Льются в моё узкое окно.
Ничего придумывать не надо...
Бьётся сердце, силясь отгадать:
То ли это запахи из сада,
То ли это Божья благодать?
* * *
Я проснулся рано утром —
Ни луны, ни солнца нет.
За стеклом оконца мутным —
Непонятный белый свет.
Ах, да это ж он, летучий!
Так лети ж и радуй всех,
Мой пушистый, мой колючий
Сорок третий первый снег.
* * *
Над легендарною тачанкою
Плывут неспешно облака.
И ветер песнь поет печальную
В гранитных гривах. На века
Застыли кони оголтелые,
На постаменте солнца блик, —
Кладу к нему букет гвоздик.
Гвоздики красные и белые...
* * *
Ну, куда я тебя приведу?
У меня нет ни дома, ни хаты.
Ветер в поле да звёзды в пруду -
Вот и всё, чем мы будем богаты.
И не надо - про рай в шалаше,
Так одна говорила уже.
Звонок жены
Судьба мне пошла на уступку.
Ты мне позвонила! Бог есть!
Я трубку беру, как голубку,
Благую принёсшую весть.
Веду себя, будто контужен,
Слезинки срываются с век.
Неужто кому-то я нужен,
Никчемный, пустой человек?
* * *
Мелькнула юность, ближе старость,
И понял я на склоне лет,
Если стихи приносят радость,
Ты графоман, а не поэт.
День Победы
Воспетый и в стихах, и в пьесах,
Он, как отец своим сынам,
Уже полвека на протезах
Что ни весна, приходит к нам.
Он и страшнее, и прекрасней
Всех отмечаемых годин.
Один такой в России праздник —
И слава Богу, что один...
Старуха
Кожа рук темней ковриги.
В нитку стёртое кольцо.
Как страница старой книги,
Пожелтевшее лицо.
- Есть ли дети, внуки?
- Что вы? -
Потемнела морщью лба.
- Я из девок да во вдовы.
Вот и вся моя судьба.
* * *
Я в нашей комнатке прохладной,
Проснувшись рано поутру,
Ступал на солнечные пятна
На голом крашеном полу.
Она спала, нагие груди
Укрыв распущенной косой,
А я счастливый и босой,
В постель ей нес пирог на блюде.
Спешил на кухню ставить чайник...
Все это вижу, как в кино.
Увы, мы встретились случайно.
Увы, расстались мы давно.
И жизнь, как прежде, непонятна.
И я как нищий на балу.
Но эти солнечные пятна...
Но эти солнечные пятна
На голом крашеном полу!..
Мать
Там, где сквозь огнедышащий чад
Солнце на ночь в ущелье свалилось,
Сын погиб...
Чтоб донянчить внучат,
Мать на время живой притворилась.
* * *
Не спалось, и я вышел во двор.
Лип верхушки как будто плясали,
Хмель, как вор, на соседский забор
Лез неслышно. И звезды мерцали.
Легкий ветер мне дул в рукава,
Еле тлела в руке сигарета.
И кружилась слегка голова
Оттого, что вращалась планета.
* * *
Мы с вами шли лесопосадкой,
Сияло солнце горячо.
И с тайным трепетом, украдкой
Плеча касалось вдруг плечо.
...Потом я рвал Вам в поле маки,
Любить всегда, - клялись мне Вы.
А время черепом собаки
Смеялось тихо из травы.
На малой Родине
Не ведом сердцу дух бродяжий.
Всё здесь, в родимом уголке:
И ширь полей, и пруд лебяжий,
И крюк надёжный в потолке,
И светлой рощицы прохлада,
Где мат и пьянка, срам и блуд...
Всё здесь, что мне для жизни надо.
И всё, чего не надо, – тут.
Молитва
Как ни темна, как ни трудна
Жизнь россиян, как ни убога,
К Творцу есть просьба лишь одна,
Лишь об одном прошу я Бога:
Не дай такого, Боже мой,
Чтоб наша Русь, ругаясь матом,
Пошла по миру не с сумой,
А с самым лучшим автоматом...
* * *
В степи, покрытой пылью бренной,
Сидел и плакал человек.
А мимо шел Творец Вселенной.
Остановившись, он изрек:
"Я друг униженных и бедных,
Я всех убогих берегу,
Я знаю много слов заветных.
Я есмь твой Бог. Я все могу.
Меня печалит вид твой грустный,
Какой бедою ты тесним?"
И человек сказал: "Я – русский",
И Бог заплакал вместе с ним
* * *
Ничего придумывать не надо,
Всё уже придумано давно.
Запахи цветения из сада
Льются в моё узкое окно.
Ничего придумывать не надо...
Бьётся сердце, силясь отгадать:
То ли это запахи из сада,
То ли это Божья благодать?
* * *
Я проснулся рано утром —
Ни луны, ни солнца нет.
За стеклом оконца мутным —
Непонятный белый свет.
Ах, да это ж он, летучий!
Так лети ж и радуй всех,
Мой пушистый, мой колючий
Сорок третий первый снег.
* * *
Над легендарною тачанкою
Плывут неспешно облака.
И ветер песнь поет печальную
В гранитных гривах. На века
Застыли кони оголтелые,
На постаменте солнца блик, —
Кладу к нему букет гвоздик.
Гвоздики красные и белые...
* * *
Ну, куда я тебя приведу?
У меня нет ни дома, ни хаты.
Ветер в поле да звёзды в пруду -
Вот и всё, чем мы будем богаты.
И не надо - про рай в шалаше,
Так одна говорила уже.
Звонок жены
Судьба мне пошла на уступку.
Ты мне позвонила! Бог есть!
Я трубку беру, как голубку,
Благую принёсшую весть.
Веду себя, будто контужен,
Слезинки срываются с век.
Неужто кому-то я нужен,
Никчемный, пустой человек?
* * *
Мелькнула юность, ближе старость,
И понял я на склоне лет,
Если стихи приносят радость,
Ты графоман, а не поэт.