ФИЛИМОНОВА Наталья Сергеевна родилась в Кировской области. Окончила ВятГАТУ, по специальности «биолог-охотовед». Автор книг стихов «Междусловие» (2013), «Голос седых обочин» (2014), «НеВесна» (2018), «Вполголоса» (2025), «Визитная карточка поэта» (2025). Публиковалась в ряде журналов, в альманахах, литературных сборниках, на литературных интернет-платформах. Лауреат литературных премий «Молодой Петербург» (2024) и «О Русь, взмахни крылами» (2025). Лауреат сайта «Российский писатель» (2023).
Член Союза писателей России. Живет в Санкт-Петербурге.
НЕ САМАЯ КОРОТКАЯ ЗИМА
***
Последний час был горек и сварлив:
Он поделил своих на не своих,
Кидался грязью, лез на амбразуру.
Он искушался, оголяя плоть,
Приравнивал невидимое зло
К еще не узаконенной цензуре.
Его минуты медлили себя:
Скрипела болью ржавая резьба
Секундных стрелок и не вызывала
Ответный звук отчетливого «так»
И это был неоспоримый знак –
Начать с конца, не завершив начало.
И это было выше, чем земля,
Сильнее веры и слабее ночи,
Как будто бы привиделась зима
Которая самой себя короче.
***
Год такой – возьмет и не отдаст,
Держит независимый балласт
Между нами, будто неспроста…
Вот бы взять и – с чистого листа –
Эту зиму пережить сполна!
Жаль, она мне белой не дана.
***
Мерзла темная сторона
Нерастаявшего снега –
Второпях оживала земля.
Ты смотрел сквозь меня, будто я
Никогда не была человеком,
Будто я – никогда не была.
Приглядись: я не выше, не ниже,
Мной весна ненасытная дышит,
Словно первым бутоном пчела.
***
Неполною луной взошел ноябрь –
Так всходит семя из холодной почвы:
С трудом, без сожаления, но прочно
Корнями зацепившись за края
Невидимого света. Дальше – тьма
Глухая, что ни зги не видно, будто
Еще не скоро разродится утро,
Еще не близко ранняя зима.
Уткнувшись теплым носом в тишину,
Не понимая времени и чувства,
Сопит в кроватке маленькое чудо,
Ни разу не видавшее весну.
***
Стылый воздух от мерзлой земли
Ненавязчиво сладок и горек…
Если сможешь, меня окрыли –
Я взмахну, не почувствовав боли.
Буду птицей, зовущей весну,
Буду петь от рассвета до ночи.
Если хочешь – с тобою усну,
И с тобою проснусь, если хочешь.
Знаю, нет у тебя ничего
За душой – только я, и всего-то...
Ты меня создаешь из слогов,
Будто песню играешь по нотам.
Звукоряд изучив наизусть,
Без подглядки, потворствуя ритму,
Ты читаешь меня как молитву –
Я вдыхаю тебя и молюсь.
***
Поговорили о мирском.
Людского не найдя в людском.
Поговорили и забыли.
А ветры за окошком выли,
И подбирались к нам ползком –
Сквозило так, что продувало
Насквозь квартиру. В одеяло
Укутались до самых глаз,
А пустота смотрела в нас –
Ей в мире места не хватало.
***
Неокрепший апрель, будто ранний ребенок,
Ничего не боится и рвется поспеть.
Я растила его, будто сына с пеленок,
И гнала от себя, будто раннюю смерть.
Он кривлялся дождем и выманивал снегом,
Видно знал, что со мной по-другому нельзя.
Был заклятым врагом. Был моим оберегом.
И, меня заклинанием произнеся,
Будто вены, вскрывал перемерзшие реки.
Он во мне умирал, как любовь в человеке
Умерла, прощенья не прося.
***
Если долго думать, можно, кстати,
Заболеть и от раздумий спятить,
Или сразу выжить из ума.
Залежалась прошлая зима,
Как больной, привязанный к кровати.
Не уйти, не выбраться – одно,
Все одно и в мыслях, и на деле.
Не к лицу ей белое надели,
Но другого цвета не дано.
Видит Бог, нам с ней не по пути,
Не суди и будешь не судим –
Значит, здесь уютнее, чем дома,
Значит, для нее настолько дорог
Ты, что впору мне уйти.
***
Ложился снег на темные полотна
Сырой земли, уставшей от дождей.
Укладывался бережно и плотно
Поверх домов, деревьев и людей.
Я шла неторопливо по знакомым
Дорогам, уходящим в темноту,
И прикрывало снегом невесомым
За мною всю земную наготу.
Я щурилась от снежных поцелуев,
Произнося несвязные слова.
А снег летел, от счастья обезумев,
И целовал меня... И целова...
***
Заточили ножи, и порезали яблоки.
Запах распространился от кухни до радуги.
Проходящие мимо вдыхали и слушали,
Как земля ароматными полнилась душами.
Разрезали на части, а семечки падали,
Будто рыбы к воде прираставшие жабрами –
Закреплялись на почве, а там, затаясь,
Незаметно взрослели на Яблочный Спас.
Собирали плоды с самых-самых вершин
И точили ножи.
И точили ножи...
Член Союза писателей России. Живет в Санкт-Петербурге.
НЕ САМАЯ КОРОТКАЯ ЗИМА
***
Последний час был горек и сварлив:
Он поделил своих на не своих,
Кидался грязью, лез на амбразуру.
Он искушался, оголяя плоть,
Приравнивал невидимое зло
К еще не узаконенной цензуре.
Его минуты медлили себя:
Скрипела болью ржавая резьба
Секундных стрелок и не вызывала
Ответный звук отчетливого «так»
И это был неоспоримый знак –
Начать с конца, не завершив начало.
И это было выше, чем земля,
Сильнее веры и слабее ночи,
Как будто бы привиделась зима
Которая самой себя короче.
***
Год такой – возьмет и не отдаст,
Держит независимый балласт
Между нами, будто неспроста…
Вот бы взять и – с чистого листа –
Эту зиму пережить сполна!
Жаль, она мне белой не дана.
***
Мерзла темная сторона
Нерастаявшего снега –
Второпях оживала земля.
Ты смотрел сквозь меня, будто я
Никогда не была человеком,
Будто я – никогда не была.
Приглядись: я не выше, не ниже,
Мной весна ненасытная дышит,
Словно первым бутоном пчела.
***
Неполною луной взошел ноябрь –
Так всходит семя из холодной почвы:
С трудом, без сожаления, но прочно
Корнями зацепившись за края
Невидимого света. Дальше – тьма
Глухая, что ни зги не видно, будто
Еще не скоро разродится утро,
Еще не близко ранняя зима.
Уткнувшись теплым носом в тишину,
Не понимая времени и чувства,
Сопит в кроватке маленькое чудо,
Ни разу не видавшее весну.
***
Стылый воздух от мерзлой земли
Ненавязчиво сладок и горек…
Если сможешь, меня окрыли –
Я взмахну, не почувствовав боли.
Буду птицей, зовущей весну,
Буду петь от рассвета до ночи.
Если хочешь – с тобою усну,
И с тобою проснусь, если хочешь.
Знаю, нет у тебя ничего
За душой – только я, и всего-то...
Ты меня создаешь из слогов,
Будто песню играешь по нотам.
Звукоряд изучив наизусть,
Без подглядки, потворствуя ритму,
Ты читаешь меня как молитву –
Я вдыхаю тебя и молюсь.
***
Поговорили о мирском.
Людского не найдя в людском.
Поговорили и забыли.
А ветры за окошком выли,
И подбирались к нам ползком –
Сквозило так, что продувало
Насквозь квартиру. В одеяло
Укутались до самых глаз,
А пустота смотрела в нас –
Ей в мире места не хватало.
***
Неокрепший апрель, будто ранний ребенок,
Ничего не боится и рвется поспеть.
Я растила его, будто сына с пеленок,
И гнала от себя, будто раннюю смерть.
Он кривлялся дождем и выманивал снегом,
Видно знал, что со мной по-другому нельзя.
Был заклятым врагом. Был моим оберегом.
И, меня заклинанием произнеся,
Будто вены, вскрывал перемерзшие реки.
Он во мне умирал, как любовь в человеке
Умерла, прощенья не прося.
***
Если долго думать, можно, кстати,
Заболеть и от раздумий спятить,
Или сразу выжить из ума.
Залежалась прошлая зима,
Как больной, привязанный к кровати.
Не уйти, не выбраться – одно,
Все одно и в мыслях, и на деле.
Не к лицу ей белое надели,
Но другого цвета не дано.
Видит Бог, нам с ней не по пути,
Не суди и будешь не судим –
Значит, здесь уютнее, чем дома,
Значит, для нее настолько дорог
Ты, что впору мне уйти.
***
Ложился снег на темные полотна
Сырой земли, уставшей от дождей.
Укладывался бережно и плотно
Поверх домов, деревьев и людей.
Я шла неторопливо по знакомым
Дорогам, уходящим в темноту,
И прикрывало снегом невесомым
За мною всю земную наготу.
Я щурилась от снежных поцелуев,
Произнося несвязные слова.
А снег летел, от счастья обезумев,
И целовал меня... И целова...
***
Заточили ножи, и порезали яблоки.
Запах распространился от кухни до радуги.
Проходящие мимо вдыхали и слушали,
Как земля ароматными полнилась душами.
Разрезали на части, а семечки падали,
Будто рыбы к воде прираставшие жабрами –
Закреплялись на почве, а там, затаясь,
Незаметно взрослели на Яблочный Спас.
Собирали плоды с самых-самых вершин
И точили ножи.
И точили ножи...