В тридевятом царстве, в Сибирском государстве жил-был царь Еремей. Народ его почитал и не иначе как Еремеюшка-добреюшка величал. Славен был царь добрыми делами своими и мудростью. Всяк к нему мог в горе обратиться, никому он в помощи не отказывал. Так год за годом жизнь в царстве Еремея в мире протекала. Народ жил да не тужил, царь тем временем сына своего Кемера растил. Очень Еремей его любил, ведь один сын у него на свете и остался. Как Кемерушка родился, царица только и успела на него взглянуть и тут же дух испустила. Долго убивался Еремей по жене любимой, только в сыне утешение и нашел. Не мог на него нарадоваться, да и было отчего. Пойдет Кемерушка с народом весной поле пахать – так только успевай ему свежих лошадей подгонять. Мужик какой за день одно поле вспашет, а Кемерушка аж двадцать. Да всё с песнями, и песни-то задушевные – про землицу-матушку, про любовь к ней. Осень наступит – Кемерушка снова в поле, рожь да пшеницу жать. Хоть и царских он был кровей, но простой работой не гнушался. И отец его в этом поощрял – чтобы сын народную долю на себе испытал. Вот уже пятнадцатый год Кемерушке пошел. Как-то поздней осенью отправился Еремей с сыном поохотиться. Едут они по лесу, уж первый снежок на землю пал, и след любого зверя легко можно прочесть. Вон кабанчики прошли, а там зайцы пробегали. Тишина в лесу, лишь изредка собаки то птицу спугнут, то зверя какого-нибудь на тропу к охотникам выгонят. Поохотились отец с сыном и уж домой собрались, как плач в лесу услыхали. В ту сторону лошадей направили. На полянку выехали, а там девочка сидит, слезами заливается. Стали они девочку расспрашивать: – Как ты в глухом лесу оказалась? И где матушка и батюшка твои родные? – Я лесного царя дочь, а зовут меня – Томь. Жила я с родителями, да колдун Злодарь их погубил. С той поры я одна в лесу и проживаю. Зверье лесное мне выжить помогает. Белочки орешки да желуди приносят, медведи сладкой ягодкой да медком балуют. Только горько мне в лесу без матушки и батюшки одной. Говорит ей тогда царь Еремей: – А ты собирайся с нами. Незачем тебе в лесу глухом бедовать. Будешь в палатах царских проживать и дочерью моей станешь, а Кемерушке – сестрой названой. Уж больно ты мне приглянулась. С той поры стала Томь в царских палатах жить и с Кемерушкой дружбу водить. Ни часа друг без друга не могли: где Кемерушка, там и Томь. А Еремей дружбой детей любовался. Томь же царя-батюшку почитала и дни его радостью наполняла. То ткань соткет да Еремею платье сошьет. А нити для ткани из облаков берет. Сядет шить – игла сама по ткани бежит. Дивится тому царь-батюшка. Вот так жили они и поживали день за днем и год за годом. Только случилась в Сибирском государстве беда: объявился снова Злодарь. Стал он девиц молодых похищать, у себя в плену держать и жизненные силы у них забирать. Глянет колдун в глаза девице – в тот же миг молодость ее покидает и старухой она становится, а Злодарь знай молодеет да силушкой наполняется. Пытались добры молодцы своих возлюбленных защитить, но никто колдуна не смог победить. Был у злодея посох волшебный, и к кому он тем посохом прикасался, тот в горючий камень превращался. Стал народ царю жаловаться да защиты просить. Приказал тогда Еремей сыну: – Сын мой единственный, собирай войско ратное и отправляйся в царство злодея. Там девиц полоненных освободи, а колдуна жизни лиши. Собирается царский сын в путь-дорогу: сам коня своего подковал, гриву ему расчесал. В храбром сердце Кемера нет места для страха, да только тяжко у него на душе. Знает он, что коварен Злодарь и силой его не возьмешь. Тут Томь к брату названому подходит и такую речь с ним заводит: – О чем, Кемерушка, ты кручинишься, о чем думы твои? – Как же мне не кручиниться, Томь моя милая? Злодарь волшебным посохом обладает и богатырей в горючий камень превращает, а у девиц взглядом молодость отнимает. Силой мне его не одолеть. Томь на то ему отвечает: – Не печалься, есть и на него управа. Вся сила колдуна в посохе, так и надо посоха его лишить. Вот, возьми с собой родной земли, она тебе в бою пригодится. Как станут силы тебя покидать, ты землицу о помощи попроси. А вот тебе еще ключевая водица. Как снова устанешь в бою биться, так испей ее – силушка к тебе и воротится. Обнял Кемер Томь: – Хоть и называемся мы с тобой братом и сестрой, только сердце мое давно любовью к тебе горит. Я руки твоей у царя хочу просить. Только слезами Томь на эти слова и отвечала, слова вымолвить не могла. А Кемер речь свою продолжает: – Согласна ли ты, Томь, суженой моей стать? Только и смогла ответить ему: – Да. – А затем сквозь слезы добавила: – Я люблю тебя, Кемерушка, и душой и сердцем и давно мечтаю быть верной подругой твоей. Тут и решили они, что как только Кемер злодея победит и домой воротится, так и свадьбу сыграют. Ранним утром отправился Кемер с войском в поход. Быстро время в пути пролетело, вот уж видно царство злодея. Черные вороны с криком летают, мрачные тучи по небу гуляют. А вскоре и сам Злодарь к царевичу молодому подъезжает. – Гости незваные, зачем пожаловали? Головы буйные сложить здесь хотите? Молвил ему Кемер: – Зло ты творишь на земле много лет. Я же пришел землю родную от нечисти избавить. Рассмеялся в ответ Злодарь, и от смеха его земля задрожала. – Силы неравны, ты сгинешь в бою! Начали биться. И вот уж три дня Кемер с колдуном сражается. И стали царевича силы покидать. Взял он тогда горсть землицы родной: – Землица, матушка родная, кормилица, помоги ты мне в трудную минуту! Тут же силы к Кемеру вернулись – не может злодей его одолеть. Пятые сутки уж бой продолжается. Опять силы Кемера оставляют. Вспомнил царевич про водицу ключевую и с просьбой к ней обратился: – Ты водица ключевая, всему живому жизнь даешь, помоги мне в трудный час! Только он водицы глоток отпил – снова полон сил стал. Не победить бы злодею его в равном бою, но смог колдун перехитрить царевича. С речью такою злодей к Кемеру обратился: – Ты, Кемерушка, знатный воин, и мне тебя не одолеть. Хочу с тобой мир заключить, согласен ли? Отвечал Кемер: – Злых дел не твори, всех девиц из темниц освободи – тогда пощажу тебя. Колдун на все соглашается да к Кемеру поближе подбирается. И посохом своим руки его касается. Успел царевич мечом посох перерубить и тем врага сразить. Но сам тут же в горючий камень превратился. Злодарь же на землю пал и прахом стал. Ветер прах тот подхватил и развеял. Небо ярким светом озарилось. Отворились двери темниц, и все девицы из полона на волю вышли. Только Кемер от злых чар не избавился, так горючим камнем и остался. Рос тот камень, рос и в огромную гору превратился. Скоро весть об этом до Томи долетела. День и ночь она слезы горькие лила. А слезы ее, на землю падая, в ручейки превращались, и каждый ручеек к Кемерушке дорогу прокладывал. Томь слезы льет и причитает: – Милый, возлюбленный мой, я к тебе спешу, чтобы прохладной водицей около тебя струиться. Как сказала, так и свершилось: в бурную реку Томь превратилась и к возлюбленному своему устремилась. Вскоре до Кемерушки она добралась и у подножья Горючей горы чистой водой растеклась. ...С той поры прошло уж много лет. Возле Горючей горы народ расселился. Камень, дающий тепло, люди из горы добывают и царевича добрым словом поминают. Даже поселение свое его именем назвали – Кемерово-град. А Томь водами своими людей поит. Может, за давностью лет и забыл бы народ историю любви Кемера и Томи, да только и сейчас, если к реке подойти и прислушаться, можно услышать, как Томь со своим возлюбленным Кемером разговаривает, а тот ей ласково отвечает. Я сам там был, слова их слышал и вам бы их передал, да лучше вам самим сходить и послушать.